XVIII. Что Юстиниан был не человек, но, как я сказал 177 , некий демон в образе человека, можно было бы заключить, исходя из необычайной величины бедствий, причиненных им людям. (2) Ибо в чрезмерности совершенного проявляется и сила совершившего. (3) А точное число тех, кого он погубил, определить не под силу никому кроме Бога. (4) Легче можно было бы, я думаю, сосчитать все песчинки, нежели тех, кому принес гибель этот василевс. Но если сделать примерный подсчет по тем землям, которым довелось обезлюдеть, скажу, что погибли мириады — мириады мириад. (5) Ливия, протянувшаяся на столь огромные пространства, была до такой степени разорена им, что встретить там человека на протяжении долгого пути — дело нелегкое и, можно сказать, примечательное. (6) А ведь вандалов, недавно взявшихся здесь за оружие 178 , насчитывалось восемь мириад; а что до их жен, детей и рабов, то разве можно их сосчитать? (7) А число ливийцев 179 , которые в прежние времена жили в городах, обрабатывали землю, занимались морскими промыслами — все это по большей части мне довелось видеть самому — кто из людей способен пересчитать? Много больше, чем их, было там маврусиев 180 , каждому из которых вместе с их женами и потомством пришлось погибнуть. (8) Да и многие римские воины и те, кто последовал за ними из Визaнтия, оказались сокрыты землей. Так что, если кто-либо стал утверждать, что в Ливии погибло пятьсот мириад, то я думаю, он назвал бы число явно заниженное. (9) Причина же заключалась в том, что сразу после поражения вандалов он [Юстиниан] не позаботился о том, чтобы укрепить свою власть над страной, и не подумал о том, что сохранность богатств покоится на прочном расположении подданных, но тут же спешно отозвал Велисария, совершенно безосновательно возведя на него обвинение в тирании, с тем, чтобы распорядившись тамошними делами по своему произволу, высосать из Ливии все соки и полностью разграбить ее. 
(10) Он, во всяком случае, немедленно послал оценщиков земли и наложил прежде небывалые жесточайшие налоги. Земли, что получше, он присвоил себе. И он запретил арианам отправление их таинств. (11) Он задерживал жалованье солдатам и обременял их в прочих отношениях. Возникавшие из-за этого мятежи завершались великой погибелью. (12) Ибо он никогда не мог придерживаться установленного порядка, но самой природой был предназначен для того, чтобы все запутывать и приводить в смятение. 
(13) Италия, которая не менее чем в три раза обширнее Ливии, повсеместно обезлюдела еще в большей степени, нежели та. Отсюда ясно примерное число погибших и в ней. (14) Причина произошедшего в Италии уже изложена мной раньше 181 . Все прегрешения, совершенные им в Ливии, он [Юстиниан] повторил и здесь. (15) Послав так называемых логофетов  182 , он тотчас поставил все вверх ногами и испортил. (16) Власть готов до этой войны распространялась от земли галлов до границ Дакии, где находится город Сирмий 183 . (17) Со времени, когда в Италию прибыло войско римлян, большая часть Галлии и Венетии оказалась в руках германцев 184 . (18) Сирмием и прилегающей к нему областью завладели гепиды; и вся эта земля, вообще говоря, совершенно лишилась обитателей. (19) Одних погубила война, других — болезни и голод, эти естественные спутники войны. (20) На Иллирию же и всю Фракию, если брать от Ионийского залива 185 до пригородов Визaнтия, включая Элладу и область Херсонеса 186 , почти каждый год с тех пор, как Юстиниан стал владеть Римской державой, совершали набеги и творили ужаснейшие дела по отношению к тамошнему населению гунны, склавины и анты 187 . (21) При каждом набеге, я думаю, здесь было умерщвлено и порабощено более двадцати мириад римлян, отчего вся эта земля стала подлинно Скифской пустыней 188 . 
(22) Такие бедствия произошли за время войны в Ливии и в Европе. На восточные же пределы римлян от Египта до персидских границ все это время беспрерывно совершали набеги сарацины и постоянно до такой степени их разоряли, что все эти земли стали совсем малолюдными, и, я думаю, никому и никогда не окажется под силу пересчитать тех, кто таким образом погиб. (23) Персы и Хосров, четырежды вторгнувшись в остальные римские владения, разрушали города, а людей, которых застигали в захваченных городах и в каждой захваченной местности, одних убивали, других уводили с собой 189 . Таким образом землю, на которую они обрушивались, оставляли безлюдной пустыней. (24) А с тех пор, как они вторглись в земли Колхиды 190 , до сего дня постоянно погибают и они сами, и лазы, и римляне. 
(25) Однако ни персам, ни сарацинам, ни гуннам, ни склавинскому племени, ни каким-либо другим варварам не случалось уходить из римских пределов без потерь. (26) Ибо в пору вторжения, а еще более во времена осад и сражений им приходилось сталкиваться с огромным противодействием, и погибало их ничуть не меньше, чем римлян. (27) Так не только римляне, но и почти все варвары почувствовали на себе страсть Юстиниана к кровопролитию. (28) Хосров, конечно, тоже был скверного нрава, но, как сказано у меня в соответствующих местах моего повествования 191 , все поводы к войне давал ему Юстиниан. (29) Он не считал нужным выждать подходящего времени для задуманного дела, но все затевал не вовремя: в мирное время и в пору перемирия он постоянно злокозненно вынашивал поводы для войны с соседями, а во время войны, безо всякого основания падая духом, по причине корыстолюбия чрезмерно медленно совершал необходимые для дел приготовления и вместо заботы о них размышлял о возвышенном, излишне любопытствуя о природе божества 192 , не прекращая войны из-за кровожадности и склонности к убийствам и вместе с тем не имея возможности одолеть своих врагов вследствие того, что вместо должного по своей мелочности занимался пустяками. (30) Поэтому в то время, как он царствовал, вся земля постоянно переполнялась кровью человеческой, как римлян, так и почти всех варваров. 
(31) Таковы, говоря кратко, были события, которые произошли во время этих войн по всей Римской державе. (32) Если же принять во внимание то, что произошло в пору восстаний в Визaнтии и каждом отдельном городе, то, я думаю, окажется, что там было умерщвлено людей не меньше, чем на самой войне. (33) Поскольку справедливости и беспристрастного отношения к злодеяниям вовсе не существовало, но одна из факций находила поддержку у василевса, то и другая не пребывала в спокойствии, но одни — потому, что терпели обиду, другие — потому, что ощущали полную уверенность; постоянно впадали в отчаяние и неистовое безрассудство и то шли друг на друга, объединившись толпами, то сражались между собой небольшими группами, то, при случае, устраивали засады поодиночке. В течение тридцати двух лет, не упуская ни одного случая, они творили по отношению друг к другу ужасные дела и не раз гибли в то же самое время от руки власти, поставленной над народом. (34) Однако наказания за прегрешения по большей части обрушивались на прасинов. К тому же державу римлян наполнило убийством наказание самаритян и так называемых еретиков. (35) Но об этом я упоминаю здесь лишь в общих чертах, поскольку немного раньше я уже достаточно рассказал об этом 193 . 
(36) Таковы были беды, обрушившиеся на всех людей от воплотившегося в человеке демона; между тем как сам этот человек создал условия для них, став василевсом. А какое зло причинил он людям своей тайной силой и дьявольской природой, я сейчас расскажу. (37) В то время как он распоряжался делами римлян, приключилось множество различного рода несчастий, и одни уверяли, что это произошло по причине присутствия и злокозненности обитавшего в нем мерзкого демона, другие же утверждали, что Бог, возненавидя его дела, отвратил себя от Римской державы, уступив место гнусным демонам, чтобы все происходило подобным образом. (38) Так, река Скирт, затопив Эдессу, стала источником бесчисленных несчастий для тамошних жителей, как мной будет рассказано в дальнейшем повествовании 194 . (39) Нил, поднявшись, как обычно, не отступил в положенное время, причинив тамошним жителям громадный ущерб, как рассказано мной ранее 195 . (40) Кидн, устремившись на Тарc, на протяжении многих дней заливал его почти весь и отступил не прежде, чем причинил ему неисцелимые беды 196 . (41) Землетрясения разрушили первый город Востока — Антиохию, соседствующую с нею Селевкию и славнейший город Киликии — Аназарв 197 . (42) А кто бы мог сосчитать число погибших вместе с этими городами людей? Сюда можно было бы прибавить Ивор и Амасию, являющуюся первой в Понте, Поливот во Фригии и город, который писидийцы называют Филомедой, Лахнид в Эпире и Коринф, которые издревле являлись многолюднейшими городами. (43) Всем этим городам выпала в то время участь быть разрушенными землетрясениями, а их жителям, почти всем,— погибнуть вместе с ними. (44) Затем напал мор, как я упомянул ранее  198 , и унес добрую половину оставшихся в живых. (45) Вот сколько погибло людей, когда Юстиниан сначала управлял государством римлян, а затем стал властвовать как автократор. 
XIX. Теперь же я примусь за рассказ о том, как он присвоил все деньги [в стране], но прежде поведаю о ночном видении, которое довелось увидеть одному из знатных лиц в начале правления Юстина. (2) По его словам, во сне ему привиделось, будто он стоит в некоем месте в Визaнтии на морском берегу, что напротив Халкидона, и видит этого человека [Юстиниана] стоящим посреди тамошнего пролива. (3) И сначала тот выпил морскую воду до дна, так что казалось, будто он теперь находится на суше, поскольку вода больше не заполняла эту часть пролива. Затем, однако, здесь появилась другая вода, полная грязи и нечистот, извергающаяся из канализационных отверстий по ту и другую сторону пролива; и эту [воду] он немедленно выпил, и вновь оказалось сухим ложе пролива. 
(4) Таково было явленное этим видением. Юстиниан же этот в то время, как его дядя Юстин овладел царством, нашел государственную казну полной денег. (5) Ибо Анастасий, бывший предусмотрительнейшим и рачительнейшим из всех автократоров, опасаясь (что и случилось), как бы его преемник, испытывая нужду в деньгах, не начал бы грабить подданных, до отказа наполнил все сокровищницы золотом, а затем окончил дни своей жизни. (6) Все это Юстиниан очень быстро растратил, частью на бессмысленное морское строительство, частью по своей любви к варварам. Между тем можно [было бы] предположить, что этого золота хватило бы на сотню лет любому, даже самому расточительному василевсу. (7) Ибо ведавшие сокровищницами, казначейством и всеми прочими царскими деньгами утверждали, что Анастасий, правивший римлянами более двадцати семи лет, оставил в казне три тысячи двести кентинариев. (8) К тому же, говорят, уже в то время, как в течение девяти лет Юстин обладал властью автократора, а этот Юстиниан приводил государство в расстройство и беспорядок, четыре тысячи кентинариев были незаконным образом собраны в казну, однако изо всех них ничего не осталось, но еще при жизни Юстина они были растрачены этим человеком так, как мной рассказано в предшествующем повествовании 199 . (9) Сколько за все время он умудрился незаконно присвоить и затем истратить, нет никакой возможности ни сказать, ни сосчитать, ни измерить. (10) Подобно некой вечнотекущей реке, он ежедневно опустошал и грабил подданных, и все это тут же текло к варварам или в море 200 . 
(11) Когда он так без околичностей истратил общественное богатство, он обратил свои взоры на подданных и немедленно отнял у большинства из них имущество, грабя и притесняя их безо всякой причины, предъявляя обвинения тем; кто в Визaнтии и в любом ином городе слыли людьми состоятельными, хотя никакой вины за ними не было. Одних он обвинил в многобожии, других — в неверном исповедании христианской веры, иных — за мужеложество, других за связь со святыми девами или за какие-либо иные — запретные сожительства, иных — за побуждение к мятежу или за склонность к факции прасииов, или за оскорбление его самого, или предъявив обвинение в преступлении, носящем какое-либо иное название. Либо он самочинно оказывался наследником умерших или, случалось, и здравствующих, якобы усыновленный ими. (12) Таковы были достойнейшие из его деяний. А как он, воспользовавшись поднявшимся против него мятежом, который называли «Ника», тут же оказался наследником всех членов сената, я уже недавно рассказывал 201 , равно как и о том, как он еще до восстания, поодиночке отбирал имущество у немалого числа сенаторов. 
(13) Всех же варваров он, не упуская ни одного удобного случая, одаривал огромными деньгами — и тех, что с востока, и тех, что с запада, и тех, что с севера, и тех, что с юга,— вплоть до тех, которые обитают в Британии, и племен всей ойкумены, о которых прежде мы и не слышали и увидели раньше, чем узнали их имя. (14) Ибо они, прознав о нраве этого человека, со всей земли стали стекаться к нему в Визaнтий. (15) Тот же, не испытывая никаких колебаний, но даже преисполненный радости от такого дела, считал за великую удачу выплескивать богатство римлян, швыряя его морскому прибою или варварам, постоянно, день за днем отсылая каждого из них с раздутыми кошельками. (16) И таким образом все варвары стали полными господами римского богатства, либо получив деньги от василевса, либо грабя римские пределы, либо беря выкуп за пленных, либо торгуя перемирием за деньги. Так и разъяснилось ночное видение, о котором я только что упомянул, для того, кто его видел. (17) Однако он [Юстиниан] преуспел и в том, чтобы придумать иные способы ограбления своих подданных, о которых я, насколько смогу, сейчас расскажу, и благодаря которым он сумел полностью, не сразу, но шаг за шагом, отнять у всех их имущество. 
XX. Прежде всего он, как водится, назначил народу Визaнтия эпарха, который, распределяя впредь ежегодный налог между теми, кто имел лавки, вознамерился предоставить им возможность продавать товары по угодной им цене 202 . (2) И получилось, что люди города, покупая самое необходимое, были вынуждены платить втридорога, и пожаловаться им на это было некому. (3) Урон от такого порядка был огромен. Ибо в то время как казна получала лишь часть этого дохода, приставленный к этому архонт стремился обогатить самого себя. (4) Да и служители этого архонта, на которых была возложена эта позорная служба, и те, кто имел лавки, получив возможность нарушать закон, творили мерзостные дела по отношению к тем, кто тогда вынужден был совершать покупки, и не только во много раз поднимали цены, но и ухищрялись на неслыханное мошенничество с продаваемыми товарами. 
(5) Затем он учредил множество так называемых монополий 203 , продав благополучие подданных тем, кто не гнушается идти на такую мерзость. Сам он, получив плату за такую сделку, устранялся от этого дела, предоставив тем, кто дал ему деньги, возможность заправлять делом так, как им заблагорассудится. (6) Столь же откровенно он творил злоупотребления и в отношении всех прочих должностей. Ибо, поскольку василевс всегда получал небольшую долю награбленного от архонтов, они и те, кто был приставлен ко всякому делу, совсем безбоязненно грабили тех, кто им попадался. (7) Словно ему оказалось мало издревле учрежденных для того должностей, он дополнительно придумал для управления государством две другие, хотя прежде всеми жалобами занималась поставленная над народом власть 204 . (8) Но чтобы впредь становилось все больше доносчиков и чтобы намного удобнее было подвергать пыткам ни в чем не повинных людей, он решил учредить эти должности. (9) Исполнявшему одну из них он поручил, явно на словах, ведать правосудием над ворами, дав этой должности название претор димов 205 , исполняющему другую он повелел постоянно наказывать тех, кто занимается мужеложеством и имеет сношения с женщинами запретным образом, а также тех, кто не исповедует православия, дав этой [должности] название квезитор  206 . (10) И вот претор, обнаружив среди краденого что-либо особенно ценное, считал необходимым отнести эти вещи василевсу, заявляя, что их владельцы нигде не объявляются. (11) Таким образом василевс всегда мог получить свою долю в дележе наиболее ценных богатств. А так называемый квезитор, разоряя тех, кто попадал в его руки, то, что хотел, нес василевсу, сам же в обход законов ничуть не меньше обогащался за чужой счет. (12) Ибо служителям этих архонтов не требовалось ни выдвигать обвинителей, ни представлять свидетелей совершившегося, но все это время беспрестанно они без обвинения и приговора в глубочайшей тайне убивали попавших в их руки [несчастных], а богатства их отбирали. 
(13) Позднее этот душегуб приказал этим архонтам, так же как и стоящей над народом власти, в равной степени ведать всякого рода обвинениями, повелев им состязаться между собой в том, кто из них окажется способен быстрее и больше губить людей. (14) Говорят, один из них прямо спросил: «Если кто-либо сделает донос всем троим, кому надлежит произвести дознание?» Тот в ответ сказал: «Тому, кто опередит других». (15) И с должностью так называемого квестора он поступил совсем не так, как подобало. Между тем все, можно сказать, прежние василевсы особо пеклись о ней и заботились о том, чтобы те, кто ее исполняет, были мудрыми и сведущими во всех отношениях, особенно же в законах, и к тому же совершенно неподкупными, ибо государству не избежать большой опасности, если те, в чьих руках находится эта власть, окажутся неопытными либо корыстолюбивыми. (16) Этот же василевс первым поставил на эту должность Трибониана, о нраве которого достаточно сказано в прежних книгах 207 . (17) Когда же Трибониан ушел из жизни, он забрал часть его имущества несмотря на то, что, когда тот окончил последний день своей жизни, у него остался сын и множество внуков; а на эту должность поставил Юнила, родом из Ливии 208 . Этому законы не были известны даже по слуху, поскольку он даже не был из риторов 209 ; латинскую грамоту он знал; что до греческого, то он никогда не посещал грамматиста и не был способен изъясняться на этом языке, как подобает эллину (в самом деле, частенько, когда он отваживался говорить по-гречески, он вызывал смех у своих помощников), но постыдному корыстолюбию был предан невероятно: нисколько не стыдясь, он открыто торговал царскими грамотами. (18) Ради одного золотого статера он, не колеблясь, протягивал руку первому встречному. (19) Не менее семи лет государство подвергалось подобному глумлению. (20) Когда же Юнил отмерил дни своей жизни, на эту должность был назначен Константин 210 ; он не был несведущим в законах, но был совсем юным и неискушенным в судебных спорах и вдобавок являлся самым вороватым и хвастливым из всех людей. (21) Он стал желаннейшим для Юстиниана человеком и его ближайшим другом, поскольку он [Юстиниан] отнюдь не считал недостойным постоянно воровать при его посредстве и творить его руками суд. (22) Вследствие этого Константин за короткое время приобрел огромные богатства и преисполнился невероятным самомнением, возносясь до небес и всех презирая, так что если кто-нибудь хотел вручить ему крупную сумму денег, то оставлял ее кому-либо из его наиболее доверенных лиц и тем добивался счастливого завершения своих хлопот. (23) Встретиться же с ним самим или переговорить с ним не удавалось никому, разве только тогда, когда он спешил к василевсу или возвращался от него не степенным шагом, но быстро и с великой торопливостью, дабы кто-либо из встречных не задержал его безо всякой для него выгоды. 
XXI. Так обстояло у василевса с этими делами. Стараниями эпарха претория ежегодно в казну доставлялось более тридцати кентинариев в дополнение к общественным податям. (2) Он [Юстиниан] дал этим деньгам название «воздушная подать» 211 , подразумевая под этим, я думаю, то, что это не был некий установленный или обычный налог, но что он получал ее по какой-то счастливой случайности, словно свалившуюся с неба, хотя правильнее эту затею следовало бы назвать подлостью с его стороны. (3) Прикрываясь как щитом этим названием, те, кто один за другим пребывали в этой должности, со всевозрастающей наглостью грабили подданных. (4) Они удостоивали автократора этих денег, а сами беспрепятственно наживали царские богатства. (5) Юстиниан не желал обращать на это никакого внимания, поджидая лишь благоприятного часа, чтобы, как только они приобретут большое богатство, он мог бы выдвинуть против них какое-нибудь обвинение в преступлении из числа тех, которым нет никакого оправдания, и отобрать все их имущество. Так он и поступил с Иоанном Каппадокийским. (6) И действительно, все, кто занимал тогда эту должность, внезапно становились безмерно богатыми, за двумя исключениями — Фоки, о котором я в прежних книгах упоминал как о человеке, чрезвычайно радеющем о справедливости (ибо за время пребывания в должности этот муж оставался чужд всякой корысти) 212 , и Васса, получившего эту должность позднее 213 . (7) Но ни тот, ни другой и года не смогли удержаться на этом посту, но как люди бесполезные и совершенно несоответствующие времени спустя всего лишь несколько месяцев они оказались отстраненными от должности. (8) Чтобы мне не рассказывать обо всем по отдельности и не затянуть свой рассказ до бесконечности, скажу, что то же самое проделывалось в Визaнтии и со всеми другими должностями. 
(9) Ибо по всей Римской державе Юстиниан делал следующее. Отобрав негоднейших людей, он за большие деньги отдавал им для порчи должности 214 . (10) Ибо человеку порядочному или по крайней мере не лишенному здравого рассудка нет никакого смысла отдавать собственные деньги для того, чтобы грабить ни в чем не повинных людей. (11) Получив это золото от тех, кто пришел с ним в согласие, он предоставил им возможность делать с подданными все, что им заблагорассудится. (12) Тем самым им было суждено разорить все земли [отданные под их управление] вместе с их населением, с тем чтобы самим в дальнейшем оказаться богачами. (13) Одолжив у менялы 215 за баснословные проценты сумму, которую они должны были платить за города, и отсчитав ее тому, кто заключил с ними сделку, они, как только оказывались в этих городах, все время творили по отношению к подвластным всякое мыслимое и немыслимое зло, озабоченные лишь тем, чтобы выполнить свои обязательства по отношению к заимодавцам, а затем самим оказаться в числе богатейших лиц, ибо подобное занятие не сулило им ни опасности, ни посрамления, да еще и способствовало их славе в зависимости от того, как много из тех, кто попался им в руки, им удавалось без всяких оснований убить и ограбить. (14) Ибо дошло до того, что самое название убийцы и грабителя стало обозначать у них предприимчивого человека. (15) Когда же, однако, ему [Юстиниану] становилось известно, что кто-либо из тех, в чьих руках оказалась власть, достиг вершин богатства, он, опутав их всякими вымышленными обвинениями, тотчас отбирал полностью все их деньги. 
(16) Но позднее он издал закон, чтобы те, кто домогается должностей, давали клятву в том, что они будут чисты от всякого воровства и не будут ни давать, ни брать ради получения должности 216 . (17) И он предавал всяческим проклятиям, которые произносились людьми с древнейших времен, того, кто преступит это письменное установление. (18) Однако не прошло и года со времени издания закона, как он сам, пренебрегая и тем, что было записано, и проклятиями, и чувством стыда, принялся еще смелее, чем раньше, торговать должностями, причем не в закоулке, а публично на агоре. (19) Те же, кто купил должность, хотя и были связаны клятвой, грабить стали пуще прежнего. 
(20) Позднее он придумал и нечто другое, превосходящее все, о чем мы слышали. Должности, которые он считал наиболее значимыми в Визaнтии и других городах, он решил более не продавать, как [делал] раньше, но, отыскав лиц, нанимающихся за плату, назначил их на должности 217 , наказав им за жалованье, которое они получали, отдавать ему все, что они награбят. (21) Те же, получая жалованье, совершенно безбоязненно обирали и тащили все со всей земли, и ходил кругами произвол наймитов, под личиной должности грабящих подданных. (22) Итак, этот василевс со всей тщательностью, присущей ему, все время подбирал для этих дел поистине негоднейших из всех людей, всегда преуспевая в выслеживании таких злобных созданий, какие ему и требовались. (23) Конечно, когда он назначал на должность тех первых мерзавцев, и злоупотребление властью явило на свет их [прирожденную] подлость, мы воистину удивлялись тому, как человеческая природа смогла вместить в себя столько зла. (24) Когда же те, что со временем сменили их на должностях, сумели намного превзойти их, люди изумленно спрашивали друг друга, каким образом те, которые раньше слыли негоднейшими, теперь уступили своим преемникам до такой степени, что ныне казались по своему образу действия людьми прекрасными и добропорядочными. В свою очередь, третьи превосходили вторых разного рода пороками, за ними другие, с их новшествами в преступлении, явились причиной того, что их предшественники начинали слыть честными людьми. (25) Поскольку, это зло росло и росло, всем людям довелось узнать на деле, что испорченность человеческой природы не знает предела, но, вскормленная знанием об уже совершенном и побуждаемая дерзостью, которую вдохновляет полная вседозволенность к тому, чтобы причинять вред тем, кто попал к ней в руки, она неизменно достигает таких границ, судить о которых способно воображение лишь оказавшихся ее жертвой. 
(26) Так обстояли у римлян дела с архонтами. И часто бывало, что когда вражеское войско гуннов порабощало и грабило Римскую державу, стратиги Фракии и Иллирии решали напасть на них при их отступлении, но затем отказывались от своего намерения, увидев послание Юстиниана, запрещающее им нападать на варваров, поскольку те необходимы римлянам как союзники, например против готов или против иных врагов. (27) В итоге эти варвары грабили и порабощали тамошних римлян как враги, а затем как друзья и союзники римлян с пленниками и прочей добычей отправлялись домой. (28) Часто некоторые из тамошних крестьян, снедаемые тоской по своим детям и женам, попавшим в рабство, объединившись убивали многих из уходящих варваров и умудрялись отобрать у них коней и всю добычу, однако затем им приходилось испытать большие трудности. (29) Ибо некие, посланные из Визaнтия лица считали справедливым без тени сомнения подвергать их пыткам, увечить и накладывать на них денежное взыскание, пока они не отдадут всех отобранных у варваров коней.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯО тягостях, которые мы испытали, и о могилах КомановИменно Татары предпочитают Саррацинов Русским, так как они – христиане. Когда Русские не могут дать больше золота или серебра, Тата...

Несмотря на сопротивление, которое встречала инквизиция, в первую очередь в городских слоях Испании, королевская власть продолжала преследовать «новых христиан», постепенно расширяя полномочия «священ...

То противоречие, которое намечалось на последней позиции предыдущей гексаграммы, здесь рассматривается как основная тема данной ситуации. Поэтому она и названа Перечение. Но для того чтобы ее правильн...

Еще статьи из:: Мировая история Тайны мира Полезная информация Бизнес идеи