22 октября 1536 г. папская булла, учреждавшая инквизицию, была торжественно оглашена в Эворе, где пребывал королевский двор, и инквизиция вновь приступила к своей деятельности. Был опубликован соответствующий эдикт, призывавший население доносить на иудеиствующих, протестантов и ведьм, гадалок и прочих «прислужниц дьявола». Доносчикам обещались разного рода награды, духовные и мирские. Был зачитан в церквах и другой эдикт, дарующий льготный для самодоносов срок, после чего начались повальные аресты «новых христиан». Спастись бегством могли лишь состоятельные люди, которым деньги открывали дорогу за границу. Куда же бежали жертвы португальской инквизиции? Большинство из них - в Италию, в папские владения, где никто их не преследовал. В одной Анконе их скопилось около 3 тыс. Сотни их добрались до Рима, где осаждали кардиналов стенаниями и жалобами на террор португальской инквизиции. Некоторые проникали даже в папские покои, бросались в ноги понтифику, умоляя его о защите. Многим из них удавалось за крупные суммы получить от папы охранные грамоты для своих родственников, оставшихся в Португалии. Напрасная трата денег, напрасные надежды! Португальская инквизиция этих грамот не признавала. Более того, наличие охранной грамоты свидетельствовало о наличии ресурсов у ее обладателя и часто служило поводом для его ареста. Однако инквизитор-мор Диогу да Силва отнюдь не походил на Торквемаду и особого рвения в преследовании иудеиствующих не проявлял. В 1539 г. на дверях некоторых церквей в Лиссабоне были прибиты пасквили с нападками на католическую церковь и в защиту иудеиствующих. Инквизитор-мор высказал мнение, что эти пасквили дело рук провокаторов - врагов «новых христиан». Не исключено, что эти фальшивки были сфабрикованы самим королем. А. Эркулану опубликовал весьма красноречивый документ, собственноручно подписанный Жоаном III, в котором этот преданный сын церкви приказывает своему агенту в Малаге убить некоего Баштиаума Роиша, обещая убийце всяческие монаршие милости. «Человек,- отмечает по этому поводу Эркулану,- который пользовался кинжалом убийцы в качестве политического инструмента, вряд ли проявил бы нерешительность в использовании фальшивок с политической целью» (Herculano A. History of the Origin and Establishment of the Inquisition in Portugal, p. 505-506). Отказ Силвы воспользоваться провокационными пасквилями для усиления террора против «новых христиан» вызвал гнев короля. Жоан III уволил Силву с поста инквизитора-мора и назначил на его место более надежного и решительного человека - своего родного брата дона Энрике, архиепископа Браги. Новому инквизитору было всего лишь 27 лет, а согласно папской инструкции на этот пост назначались церковники не моложе 40 лет. Но пока папа слал протесты против назначения дона Энрике, последний охотился за «новыми христианами», вернее за их имуществом, с неослабной энергией. 20 сентября 1540 г. в Лиссабоне состоялось первое аутодафе с сожжением многих иудеиствующих. Затем костры запылали в Порту, Коимбре, Ламегу, Томаре и Эворе. Однако полномочия нового инквизитора-мора Энрике не подтверждались папским престолом, вследствие чего деятельность инквизиции, с точки зрения канонического права, была незаконной. Португалия продолжала добиваться в Риме соответствующего мандата инквизитору-мору, и можно легко вообразить, как взволновался королевский двор, когда в 1541 г. совершенно неожиданно появился в Лиссабоне блестящий папский легат Хуан Перес де Сааведра, представивший папские буллы, уполномочивавшие его ознакомиться с деятельностью местной инквизиции и решить, быть ей или не быть. Португальские власти и церковники с лестью и подобострастием принимали посланца папы, откровенно выражавшего свои симпатии к «священному» трибуналу. Сааведру возили по стране, устраивая в его честь пышные аутодафе, щедро одаривали подарками. Не исключено, что он получил и от «новых христиан», заинтересованных в его доброй воле, не одну тысячу крусадо. И вот, когда португальский двор был уверен, что папский легат решит дело в его пользу, выяснилось благодаря бдитeльнocти, проявленной агентами испанской инквизиции, следившими за событиями в этой стране, что вышеназванный Сааведра никакой не папский легат, а аферист, решивший погреть руки на деле инквизиции и использовать благоприятную в этом отношении конъюнктуру, создавшуюся в Португалии вследствие конфликта с папским престолом. Будучи ловким фальсификатором, Сааведра сам сочинил папские буллы и разукрасил их папскими подписями и печатями. Его «легатство» оказалось сказочно прибыльной аферой: при аресте у него была отнята сумма в 260 тыс. крусадо. Жулика передали в опытные руки испанской инквизиции, которая осудила его на 10 лет галер (См.: Льоренте X. А. Критическая история испанской инквизиции, т, 1, с. 379. После освобождения Сааведры испанский король Филипп II заинтересовался колоритной фигурой авантюриста, принял его лично и выслушал с интересом рассказ о его приключениях или, вернее, злоключениях, так как самозваный папский легат пробыл на галерах не 10, а все 19 лет! Личность Сааведры привлекла внимание и тогдашнего генерального инквизитора Испании Диэго де Эспиносы, по указанию которого Сааведра составил свое жизнеописание). 
В 1544 г. «новые христиане» направили папе мемориал с подробным изложением преследований, которым они подвергались в Португалии с 1498 г. (Его содержание излагается в книге Эркулану (с. 532-569). ) 
Мемориал указывает имена палачей и жертв, точные даты и места преступлений. Подлинность приводимых им фактов не вызывает сомнений. 
Как реагировал Павел III на этот обвинительный акт против португальской инквизиции? Он послал легата в Лиссабон для проверки ее деятельности. Жоан III запретил въезд легата в страну. Тогда папа приостановил деятельность инквизиции. Но это был с его стороны всего лишь маневр. Папа Павел III уже решил раз и навсегда покончить с этим вопросом и окончательно утвердить португальскую инквизицию, он только стремился подороже продать это свое решение. Что именно такими были его намерения, показывает тот факт, что одновременно с приостановлением деятельности инквизиции он возвел инквизитора-мора инфанта Энрике в кардинальское звание! Жоан III разгадал весьма нехитрую игру главы католической церкви. Он предложил папскому наперснику - внуку Павла III кардиналу Фарнезе, который уже получал от него ежегодную пенсию в 2500 крусадо, епископство Визеу, приносившее ежегодный доход в 8 тыс. крусадо. Как было уже сказано выше, епископом Визеу был кардинал да Силва, но Жоан III лишил его доходов, считая кардинала инструментом влияния «новых христиан» в Риме. Предложив его епископство кардиналу Фарнезе, король убивал одним выстрелом двух зайцев - заручался поддержкой внука Павла III и тем самым его дедушки и изолировал окончательно своего врага кардинала да Силву. 
Агенты «новых христиан» в Риме узнали об успехе португальского короля, но как они могли расстроить его коварные планы, что могли предложить папским вельможам взамен? Взятки? Но ведь взятки, хоть и очень крупные, не могли сравниться с пожизненной рентой, которую обеспечивал португальский король 26-летнему кардиналу Фарнезе (Кардинал Фарнезе прожил еще 40 лет. По подсчетам А. Эркулану, этот папский вельможа получил за эти годы от доходов епархии Визеу не менее 320 тыс. крусадо, не считая ранее установленной ему ренты, в счет которой он получил за свою жизнь еще 120 тыс. крусадо. Всего же этот слуга божий «заработал» на крови жертв инквизиции 440 тыс. крусадо (Herculano A. History of the Origin and Establishment of the Inquisition in Portugal, p. 625). )Фарнезе утверждал, что часть этих доходов он истратил на строительство собора св. Петра в Риме. Эркулану не без основания сомневается в этом. Но если допустить, что в этом есть хоть какая-то доля истины и стены этого храма действительно построены на крови «новых христиан», то нельзя смотреть на это великолепное творение Браманте, Рафаэля, Микельанджело и Бернини без содрогания. 
Взятки португальского. короля церковным властям в Риме на этом не ограничились. Кардинал Сантикуатро получил пожизненную ренту в 1500 крусадо в год, кардинал де Крешентис- 1000 крусадо в год, многие другие папские вельможи тоже не были обойдены милостями португальского короля. В целом же эта сделка обошлась Жоану III приблизительно в 1 млн. крусадо. Но заплатив столь высокую сумму за право грабить «новых христиан», португальская корона не прогадала. За двести лет кровавой работы инквизиции, как мы увидим, этот капитал принес португальской короне изрядную прибыль, покрывавшую с лихвой все издержки. 
Такова была цена, за которую папский престол отдал на съедение португальской короне и инквизиции «новых христиан». Как только кардинал Фарнезе получил обещанный куш, папа Павел III подписал буллу, разрешающую деятельность инквизиции в Португалии по образу и подобию деятельности испанской инквизиции, т. е. под непосредственным контролем короля. Булла помечена 16 июля 1547 г. 
Так закончилась трагическая игра «за» и «против» португальской инквизиции, длившаяся двадцать лет. В ней участвовали неравные силы: с одной стороны, папы римские, кардиналы, португальские и испанские короли, их агенты и провокаторы, с другой - «новые христиане». Последние игру, в которой ставкой была их жизнь и состояние, проиграли. И это было неизбежным в те времена и в том обществе, где под покровом христианского милосердия господствовали жестокие законы, диктовавшиеся интересами церковной иерархии и королевской власти. 
Таким образом, португальской короне удалось заручиться своей собственной инквизицией, которая способствовала укреплению ее власти, ибо ставила под ее контроль церковную иерархию; создавала новые источники дохода для последней, представленной в Португалии вторыми детьми дворянских семейств; лишала власти и влияния торговую буржуазию в пользу королевской короны и феодалов; разрешала систематическое и постоянное преследование всех инакомыслящих или противников феодальной идеологии.

1. Временный суд в Кабарде составляют владельцы и узденья, по одному из каждаго рода или фамилии, на первое время по назначению начальства. 2. Председателем сего временнаго суда назначается владелец,...

Проб, сын поселянина, усердного садовода, по имени Далмаций, правил шесть лет. (2) Он подавил движение Сатурнина на Востоке, а также Прокула[74] и Боноса, объявленных императорами в Агриппине. (3) Он ...

Во время научных экспериментов на Большом адроном коллайдере ученые зарегистрировали удивительный феномен, это было связано с тем, что элементарные частицы во время движения на высокой скорости переме...

Еще статьи из:: Мировая история Тайны мира Полезная информация