eugenicsКак известно, благими намерениями выстлана дорога в ад. Отнюдь не о выведении «новой расы» мечтал Фрэнсис Гальтон, когда представил на суд общественности новую науку – евгенику. Усилиями нацистов репутация евгеники запятнана настолько, что само это слово продолжает оставаться ругательным. А между тем эта наука могла бы спасать людей от болезней, страданий и даже самой смерти... Поначалу евгенику восприняли на ура. Самые выдающиеся люди в конце XIX – начале XX века охотно встали под знамена новой науки, провозгласившей своей задачей улучшение человеческого рода и предотвращение людских страданий. «Из-за врожденных дефектов наша цивилизованная человеческая порода гораздо слабее, чем у животных любого другого вида – как диких, так и одомашненных... Если бы на усовершенствование человеческой расы мы потратили двадцатую часть тех сил и средств, что тратятся на улучшение породы лошадей и скота, какую вселенную гениальности могли бы мы сотворить!». С этими рассуждениями Фрэнсиса Гальтона охотно соглашались и Бернард Шоу, и Герберт Уэллс, и Уинстон Черчилль, и Теодор Рузвельт. Да и как не согласиться? В человеке все должно быть прекрасно! Чеховская мысль живет, но не побеждает, наталкиваясь на человеческое несовершенство. Ибо несовершенен каждый из нас. Оглянитесь вокруг, и вы наверняка заметите, как «неравнозначно, неравномерно» одарила всех природа: кому-то вручила отменные мозги, но сэкономила на здоровье, а кого-то осчастливила необыкновенно привлекательной внешностью, но добавку дала мерзкий характер. Потому-то так и восхищают люди, в которых соединяются сразу и красота, и доброта, и ум, и сила. Таких мало. А хотелось бы больше... Собственно, подумывать об улучшении человеческой породы начали еще древние. Тот же Платон (428-347 гг. до н. э.) в своей знаменитой «Политике» говорил о необходимости вмешательства государства в регулирование браков, объяснял, как именно подбирать супругов, дабы производить на свет физически крепких детей с выдающимися нравственными началами. Известным «центром селекции» в древности была Спарта. Там младенцев, лишенных физических качеств, необходимых будущим воинам, без лишних раздумий просто сбрасывали со скалы. Критиковать или осуждать спартанцев сегодня абсолютно бессмысленно: таковы были нравы того общества, где мальчиков рожали только с одной целью – для пополнения армии. Кстати, эта цель была достигнута: и сегодня все помнят, что «в здоровом теле – здоровый дух, один спартанец стоит двух»...

 

Лучшие из лучших

Летели годы, проносились столетия, а простые смертные все так же мучились собственным несовершенством и прикидывали – как хорошо было бы жить в окружении сплошь приятных – что внешне, что внутренне – людей... И пока они страдали маниловщиной, ученые задумались о том, как достичь этого на практике. Итак, первым, кто вплотную занялся этим вопросом, стал английский ученый – геолог, антрополог и психолог сэр Фрэнсис Гальтон. Пикантная деталь биографии: сэр Фрэнсис приходился двоюродным братом Чарлзу Дарвину и горячо поддерживал его теорию эволюции. Будучи аристократом, Гальтон не стал далеко ходить за материалами для исследования, а принялся изучать родословные прославленных благородных семейств Англии. Он пытался установить закономерности наследования таланта, интеллекта и силы. Тогда, в конце XIX – начале XX века, вообще было модно заниматься всякого рода селекцией и отбором. Сыграл свою роль тот факт, что были заново переоткрыты законы Грегора Менделя о наследовании признаков. Не остался в стороне от новых-старых веяний и Гальтон. Он рассуждал, что раз для получения новой породы необходим отбор лучших животных-производителей, то и целенаправленный подбор семейных пар должен принести свои плоды. Тем более, казалось, это так просто: чтобы рождались здоровые, красивые и талантливые дети, нужно, дабы их родителями становились лучшие из лучших! Собственно, потому-то новая наука и была названа евгеникой, что в переводе с греческого означает «рождение лучших». Вот что сам Гальтон говорил по этому поводу: «Мы определяем это слово для обозначения науки, которая ни в коем случае не ограничивается вопросом о правильном спаривании и о брачных законах, но, главным образом по отношению к человеку изучает все влияния, которые улучшают расу, и эти влияния стремится усилить, а также все влияния, ухудшающие расу, и их стремится ослабить». Заметьте! Тут нет ни слова о необходимости выведения «евгенически ценных популяций». И, тем не менее, очень скоро в евгеническом обществе наметился раскол. И вот почему. Любой селекционер знает: чтобы вывести новую, усовершенствованную породу, следует выбраковать порядка 95% «исходного материала» – животных, птиц, семян и т. д. и т. п. Основной постулат любого отбора: худшие (слабые) не должны участвовать в размножении . Вот на этот-то подводный камень и наткнулась евгеника. Тут-то и произошло лобовое столкновение новой науки с человеческими этикой и моралью.

Раскол

Наиболее рьяным приверженцам новой науки показалось мало улучшать наследственные качества человека, используя лишь генетические принципы. Именно такую евгенику именуют позитивной. Но поддержку в обществе получила евгеника, названная позже негативной. Ее последователи решили, что ради сохранения человечества е целом необходимо воспрепятствовать появлению потомства у людей с умственными и физическими недостатками, у алкоголиков, наркоманов, преступников. Тут, в качестве оправдания, стоит заметить, что во второй половине XIX -первых десятилетиях XX века обществом, вполне цивилизованным и просвещенным, овладел страх вырождения. Газеты регулярно сообщали о растущем числе душевнобольных людей и прочей»порче» человеческой природы – психической, физической и нравственной. Данные подтверждались и наукой. В этом свете готовое решение по оздоровлению человечества как вида, предлагаемое негативной евгеникой, казалось более чем приемлемым.

Индианский метод

Первыми бороться с деградацией человечества отважились в США. В 1904 году в штате Индиана был принят и приведен в действие закон о стерилизации. В принудительном порядке стерилизовали «неполноценных» особей в лице алкоголиков, душевнобольных и преступников-рецидивистов. Собственно, по названию штата метод и получил название индианского. Надо сказать, он оказался очень популярным: так или иначе, но за 26 лет его опробовали еще в сорока штатах. В чем же заключался индианский метод? Ничего общего со средневековыми ужасами. По большому счету, его можно даже назвать гуманным: человеку просто-напросто перерезали семенные протоки. То есть, он мог вести половую жизнь, но терял способность к размножению. Подобную процедуру должны были в обязательном порядке проходить все социально ненадежные элементы. «Уклонистов» безжалостно наказывали: сажали в тюрьму на три года или штрафовали на 1000 долларов. А саму негативную евгенику при этом популяризировали всеми доступными способами: снимали фильмы, писали книги и статьи, создавали специальные институты... При таком подходе «негодный человеческий материал» был практически исключен из процесса размножения. Одна беда: «нездоровыми», как правило, признавались люди, не сумевшие состояться социально. Произошла подмена понятий: евгеникой пытались врачевать «язвы общества» – нищету, алкоголизм, бродяжничество, преступность и проституцию. Иначе подошли к «евгенистическому» вопросу в странах Северной Европы. Начиная с конца 1920-1930-х годов в Дании, Швеции, Исландии, Норвегии и Финляндии на уровне правительств проводилась целенаправленная политика стерилизации умственно неполноценных. Как и в США, их стерилизовали, лишая тем самым возможности передачи вредных генов. Что примечательно, повсеместно закон о стерилизации принимался «на ура». Никто – ни общественность, ни ученые, ни врач* – не видел в нем ничего предосудительного, а потому и не выступал против. Так, в обстановке полного консенсуса умственно отсталого ребенка после соответствующего тестирования запросто могли забрать в закрытое заведение. Хотите чадо обратно? Будьте любезны, простерилизуйте его. По той же схеме поступали и со взрослыми. Их просто ставили в известность -дескать, вы больны и потому решено вас того... И деваться таким пациентам, как правило, было некуда. Разумеется, вопрос нездоровья того или иного индивидуума определялся специальной комиссией. Но вот кто входил в ату комиссию? А когда как! Судьбу одних «больных» решали в министерствах здравоохранения, а участь других – обыкновенные врачи, а порой даже и пастор вкупе с представителями органов опеки и/или народного образования. Так что «достоверность» заключений в большинстве случаев, надо полагать, была сомнительной... Но тогда почему-то об этом никто не думал. В Скандинавии все так увлеклись идеей оздоровления общества путем его кастрации, что в конце 1930-х годов были готовы пойти по пути США и приступить к стерилизации путан, бродяг и всех прочих «предрасположенных к асоциальному поведению»...

Новая порода людей

Все резко изменил 1933 год, когда к власти в Германии пришли национал-социалисты. Собственно, именно нацисты и забили последний гвоздь в гроб евгеники, принявшись обосновывать с ее помощью расовую политику Третьего рейха. Все «неарийцы» были признаны «недочеловеками» и в целях улучшения «породы людей подлежали уничтожению... Что же до столь полюбившейся всем стерилизации, то в Германии она приняла воистину небывалый размах: лишь в 1942 году было стерилизовано более тысячи человек – и это среди гражданского населения. Количество же жертв евгеники в тюрьмах и концентрационных лагерях исчислялось десятками тысяч. Нацистские врачи отрабатывали на заключенных новые способы стерилизации – радиационной, химической, механической и т. д. и т. п. По сути это были изощренные пытки. Потом, на Нюрнбергском процессе, нацистских «исследователей» признали палачами. А на ни в чем не повинную евгенику наложили табу...

Генетик – друг человека

Собственно, официально это табу так никто не снял. И, тем не менее, позитивная евгеника сейчас начинает возрождаться. Ибо все исследования, связанные с ДНК человека, – это не что иное, как проявления евгеники. Что, например, дает расшифровка генома человека? Можно узнать, к каким наследственным заболеваниям человек предрасположен, и предупредить их. Пример? Да пожалуйста! В США среди евреев ашкенази часто рождались дети с амавротической идиотией Тея – Сакса. Это наследственное заболевание обмена веществ, при котором поражается нервная система ребенка. В итоге малыш обречен на раннюю смерть. Но ситуация изменилась после того, как представителей ашкенази стали тестировать на эту патологию. В случае, когда оба супруга являлись носителями «больного» гена, при беременности проводились исследования плода. И если выяснялось, что эмбрион страдает болезнью Тея – Сакса, беременность просто прерывали. Вернее, предоставляли родителям выбор: оставлять больного ребенка или нет. Чаще всего звучал ответ: «Нет!» Отказываются от дальнейшего вынашивания, как правило, и в тех случаях, когда ребенку в утробе матери ставят диагноз «синдром Дауна». В той же Америке, например, абортируется более 90% зародышей, которым был вынесен такой страшный вердикт. Между тем ребенок, страдающий синдромом Дауна, может родиться даже у абсолютно здоровых родителей. От этого никто не застрахован. Так что, по идее, сегодня перед зачатием ребенка следует навестить генетика. Особенно если в семьях по отцовской или материнской линии наблюдались серьезные заболевания. Медико-генетическое консультирование ясно даст знать: рискуете ли вы, решаясь завести малыша, или ваши опасения равны нулю? Таким образом, можно застраховаться от многих проблем в будущем. В США, Англии, Швеции и Финляндии будущим родителям уже сейчас предлагают заблаговременно исследовать кариотип – набор хромосом, – дабы выявить наличие возможных хромосомных перестроек и свести риск на нет... Что это, как не евгеника? Что это, как не улучшение человека? Что это, как не избавление от страданий? Что это, как не гуманизм?

Гальштаттская культура, в художественном стиле которой преобладали геометрические мотивы, медленно развивалась на предшествующей ей основе уже в эпоху племен полей погребальных урн и в период своего р...

Гитлер прекрасно знал цену английским "гарантиям" Польше, данным Н. Чемберленом еще 31 марта 1939 г. Выступая в парламенте, английский премьер-министр воинственно восклицал: "...В случае любой акции, ...

Если проникновение приводит к достижению известной цели, то в достижении цели человек находит большое удовлетворение. Это удовлетворение приводит его к переживанию радости. С одной стороны, в радости ...

Еще статьи из:: Мировая история Тайны мира