Щальяпарва
(Книга о Щалье)
Ночь с семнадцатого на восемнадцатый день битвы. После гибели Карпы и других ужасных событий семнадцатого дня битвы сердца воинов из войска Кауравов были поражены страхом, и никто из них не хотел больше сражаться; они все напоминали потерявших всякую надежду на спасение купцов-мореходов, находящихся на корабле, который терпит бедствие и бушующем океане.
Мудрый Крипа начал убеждать Дурьйодхану прекратить сражение и примириться с Пандавами: всё равно никаких надежд на победу уже не было; примириться с врагом, когда соотношение сил неуклонно меняется в пользу противника,- это не трусость, продолжать же сражаться при таких условиях - не храбрость, а безрассудство.
У Дурьйодханы не было оснований сомневаться в том, что Крипа хочет ему добра: он дал достаточные доказательства своей приверженности Кауравам, сражаясь упорно и храбро. По по мнению Дурьйодханы примирение было теперь уже невозможно. Всё равно Пандавы не поверят в искренность Дурьйодханы. И смогут ли, например, Арджуна и Субхадра забыть гибель своего доблестного сына Абхиманьи? Сможет ли когда-нибудь забыть гибель молодого царевича его дядя с материнской стороны - Кришна? Да и сам Дурьйодхана не забудет гибели своих братьев, Бхишмы, Дроны, Карны и других могучих и прославленных воинов. Они погибли за его дело; если он теперь примирится с Пандавами, все расценят это как трусость и предательство по отношению к павшим героям.
Да и как он, Дурьойдхана, перед которым почтительно склоняли свои головы-все цари, станет жить и царствовать милостью Пандавов? Нет, на это невозможно согласиться.
Единственный достойный исход для воина-кшатрия - смерть на поле боя. Многие его достойнейшие сподвижники уже достигли жилища Индры. Он, Дурьйодхана, последует их примеру и завоюет на это право в честном бою.
Все кшатрии, сторонники Кауравов, услышав мужественные слова Дурьйодханы, воспрянули духом. Не жалея больше о потерях и не думая о прежних неудачах, они твёрдо решили продолжать сражение.
Поредевшие войска Кауравов расположились на этот раз на ночь не в лагере, а недалеко от поля Курукшетры, на берегах реки Сарасвати. Утолив жажду, обмывшись в водах этой реки и проявив необходимую заботу о слонах и конях, воины удалились на отдых, так необходимый им для восстановления сил перед битвой.
Выдающиеся сподвижники Дурьйодханы собрались на совет и он сообщил им, что необходимо назначить нового предводителя войска Кауравов. Ащваттхаман предложил назначить на этот высокий пост царя мадров Щалью, превосходившего всех в войске Кауравов благородством происхождения, мощью, славой и другими необходимыми для полководца качествами. Все приветствовали предложение Ащваттхамана. Щалья согласился стать предводителем войска Кауравов: тут же была совершена церемония его посвящения.
Восемнадцатый день битвы. По прошествии ночи, воины обеих сторон начали готовиться к решающей схватке. И вот битва восемнадцатого дня началась. Всё так же стремились противники либо сломить в последнем усилии сопротивление врага либо погибнуть, словно не было предшествующих семнадцати дней, словно не погибло уже огромное число могучих и храбрых воинов.
Несмотря на то, что потери обеих сторон в предшествующие дни были ужасны, количество сражающихся было всё ещё велико, и силы Кауравов в численном отношении всё ещё превосходили силы Пандавов. Рассказчик Санджая приводит цифры сражавшихся в битве восемнадцатого дня, причём он уверен в их точности.
Если раньше герои сражались каждый сам по себе, стараясь отличиться в единоборстве с прославленными противниками, то в этот день самые могучие из оставшихся в живых сторонников Кауравов решили держать постоянную связь друг с другом и быстро приходить на помощь туда, где ход битвы будет для них неблагоприятным.
В авангарде войск Кауравов выступил Щалья со своими мадрами, на левом крыле - Критаварман, возглавивший тригартов, на правом - Крипа с щаками и яванами; в тылу находился Ащваттхаман с камбоджами, в центре - Дурьйодхана с остальным войском. Против Щальи выступили во главе своих отрядов Дхриштадьюмна, Щикхандин, Сатьяки, позже к ним присоединился Юдхиштхира. Войско правого крыла возглавил Арджуна, левого крыла - Бхима.
Началось сражение, подобное битвам богов и демонов. Все смешалось на поле боя. Если и раньше обычаи кшатриев и установленные правила боя выполнялись не очень строго, то теперь, когда ожесточение достигло крайней степени, они постоянно нарушались. Воины, сражавшиеся на слонах, нападали на воинов на колесницах, всадники - на пехотинцев, несколько воинов не стыдились напасть на одного. Грохот битвы был такой, что дрожала земля. Поле битвы было подобно бурной реке, мчащейся в царство смерти: берегами этой реки были враждебные армии, деревьями на берегу - боевые стяги, водой - кровь, галькой - кости убитых, водоворотами - мчащиеся колесницы, большими скалами - слоны, а малыми - лошади.
Гибель Щальи и поражение Кауравов. Пандавам, рассчитывавшим после успешного для них предыдущего дня на легкую победу, пришлось жестоко разочароваться. Арджуна, Бхима и Сатьяки проявляли чудеса героизма, но Кауравы держались стойко, их вожди быстро восстанавливали положение там, где оно было угрожающим, решительно нападали на противника и нередко ставили его в затруднительное положение.
Особенно отличился среди Кауравов их предводитель, царь мадров Щалья. Смело кидался он на самые опасные участки и поражал могучих и прославленных воинов противника. Пандавы решили сосредоточить все свои усилия против предводителя вражеского войска. На него напало сразу несколько сильнейших воинов - Юдхиштхира, Бхима, Сатьяки и другие. Щалья сражался с исключительной храбростью и нанёс много ран своим врагам, но силы оказались слишком неравными: его возница был убит, лошади пали, колесница была разбита, а лук раздроблен стрелами врагов.
Тогда он спрыгнул с колесницы и бросился на Юдхиштхиру с одним мечом, надеясь сразиться со старшим из Пандавов врукопашную. Но Юдхиштхира пронзил Щалью копьем. Этот удар оказался роковым для царя мадров. Щалья упал лицом к Юдхиштхире, и даже земля приподнялась немного, чтобы принять на свою грудь прославленного воина, окончившего свой жизненный путь как подобает истинному герою.
Смерть Щальи была последним ударом, довершившим разгром Кауравов. Войска их стали разбегаться, преследуемые торжествующими Пандавами. Предводители отдельных отрядов с упорством отчаяния пытались ещё остановить толпы бегущих воинов и оказать сопротивление. Некоторым из них это временно удавалось; но эти слабые попытки сопротивления быстро подавлялись воинами Пандавов, делавшими всё возможное, чтобы не упустить такой дорогой ценой доставшуюся им победу.
Судьба сражения была уже решена, однако и победители и побеждённые, охваченные каким-то безумием, продолжали сражаться. Первые, побуждаемые Кришной, стремились истребить всех врагов до единого; вторые, погибая, стремились нанести врагу возможно больший урон. Храбрый царь млеччхов Щальва пытался атаковать Пандавов и остановить их наступление; но млеччхи были истреблены, а их царъ пал от руки Сатьяки. Небольшой отряд, который удалось собрать вокруг себя Критаварману, также упорно сопротивлялся, пока не был весь перебит; сам Критаварман, лишившийся колесницы, был вывезен с поля битвы вовремя подоспевшим Крипой. Дурьйодхане, сражавшемуся со свирепым отчаянием, удалось на некоторое время остановить свои разбегающиеся войска. Вскоре он понёс ещё одну чувствительную потерю - погиб его дядя Щакуни.
Видя гибель близких ему людей и гибель своего войска, Дурьйодхана бежал с поля боя, спасая свою жизнь, вооружённый одной лишь палицей. Обнаружив неподалеку озеро, носившее название Двайпаяна, Дурьйодхана погрузился на его дно: он умел, используя силу волшебства, находиться под водой без всякого для себя вреда. Здесь он и решил спастись от врагов, повсюду его искавших.
Кроме него спаслось только три воина на колесницах - Крипа, Критаварман и Ащваттхаман; они также бежали с поля боя; когда положение стало совсем безнадёжным, но дух их не был сломлен, и они искали возможность отомстить врагу.
Велико было горе в лагере Кауравов, когда там узнали, что сражение окончательно проиграно. Вопли отчаяния потрясли воздух, когда женщины услыхали, что мужья их и родственники погибли. Лагерные стражники поспешно оставили лагерь и, забрав с собой жён павших царей, направились в столицу Кауравов Хастинапур, бросив в панике почти всё лагерное имущество.
Поединок Дурьйодханы и Бхимы. Гибель Дурьйодханы. Пандавы дорогой ценой заплатили за свою победу. Уцелело только небольшое число их сторонников. Долго искали они на поле боя ненавистного Дурьйодхану и наконец, утомившись, удалились в свой лагерь на отдых.
Между тем, Крипа, Критаварман и Ащваттхаман, случайно узнавшие, где находится Дурьйодхана, прибыли к озеру Двайпаяна, на дне которого он скрывался. Приблизившись к озеру, герои стали убеждать Дурьйодхану присоединиться к ним. На стороне Пандавов осталось тоже мало воинов, говорили они, да и те, кто уцелел во время губительной восемнадцатидневной битвы, изранены и утомлены. Если четверо таких воинов, как они, нападут теперь на Пандавов, то вполне смогут добиться успеха и поразить всех врагов.
Упавший духом Дурьйодхана не соглашался оставить своё убежище. Он заверил своих сторонников, что завтра присоединится к ним, но пока останется на дне озера, чтобы отдохнуть и набраться сил.
Во время их разговора к озеру подошли охотники, желавшие утолить жажду. Не замеченные героями, они подслушали их разговор, и догадавшись, что на дне озера скрывается Дурьйодхана, немедленно отправились в лагерь Пандавов: исход битвы был им известен, и они знали, что Пандавы всюду разыскивают неведомо куда скрывшегося Дурьйодхану. Явившись в лагерь Пандавов, охотники сообщили Бхиме, где скрывается Дурьйодхана. Тот, щедро одарив охотников, сразу же отправился к Юдхиштхире и обрадовал его известием, что местопребывание Дурьйодханы обнаружено.
Юдхиштхира, его братья и все их сторонники, забыв о ранах и усталости, немедленно двинулись к озеру Двайпаяна. При их приближении Крипа, Критаварман и Ащваттхаман, обескураженные пассивностью Дурьйодханы, удалились.
Прибыв к берегу озера, Юдхиштхира попытался вызвать находившегося под водою Дурьйодхану на продолжение битвы. Он говорил Дурьйодхане, что по его вине погибли его братья, сыновья, родственники, друзья. Почему же он сам спасся? Ведь он принадлежит к роду Куру, а кто же из рода Куру убегал с поля боя? Дурьиодхана - кшатрий, а разве кшатрий бежит от врага, уклоняясь от возможности попасть на небо? И многое ещё другое говорил по наущению Кришны Юдхиштхира.
Дурьиодхана отвечал на это, что не страх, а крайняя усталость заставила его покинуть поле боя; как только он отдохнёт, он будет вновь сражаться. Впрочем, в продолжении битвы он уже не видит смысла, так как ему не нужна даже победа: все его родственники и друзья погибли, верховная власть не имеет теперь для него никакой цены, пусть ею пользуется Юдхиштхира. Свою жизнь он собирается окончить в лесу как отшельник.
Однако Юдхиштхира продолжал оскорблять и высмеивать Дурьйодхану. Он заявил, что не могут жить на земле одновременно Пандавы и он; кто-то из них должен погибнуть. Дурьйодхане было обещано, что если он сейчас же выйдет из озера и станет сражаться, то он сможет выбрать для поединка любого из Пандавов и определить любой вид оружия. В случае, если он окажется победителем, он и останется царём.
Тогда Дурьиодхана решился. Оружием своим он выбрал палицу, а формой поединка - рукопашную схватку пешими. Что касается выбора противника, то он смело заявил, что навсегда собирается покончить вражду между двоюродными братьями полным истреблением Пандавов, а в каком порядке - для него всё равно.
И Дурьиодхана поднялся из воды с палицей на плече. Противником его выступил Бхима.
Поединок уже готов был начаться, когда явился брат Кришны Баларама. Он, как уже упоминалось выше, отказался примкнуть к какой-либо из враждующих сторон и ушёл путешествовать по святым местам. Он знал уже всё о сражении и его исходе, знал, что предстоит поединок на палицах между Дурьйодханой и Бхимой. Оба они были его учениками в битве на палицах и теперь он хотел убедиться, насколько Дурьиодхана и Бхима овладели этим искусством. Кроме того, он хотел проследить за тем, чтобы ни одна из сторон не нарушила правил честной борьбы. Он же предложил вернуться для боя на поле Курукшетры, которое почитается богами самым священным местом на земле: каждый воин, погибший на Курукшетре, наверняка попадёт в царство Индры.
Все согласились с предложением Баларамы и направились на Курукшетру; на южном берегу священной реки Сарасвати состоялось страшное единоборство, от лицезрения которого у всех присутствующих поднялись волоски на теле.
Оба бойца бросились друг на друга, как разъярённые слоны, как свирепые тигры, как две ревущие тучи. Долгие годы они мечтали об этом миге; наконец они получили возможность в поединке дать выход своей ненависти.
Не случайно Дурьиодхана выбрал в качестве оружия для поединка палицу. Он знал, что Бхима охотнее всего будет сражаться этим любимым своим оружием и потому сам долго готовился к поединку. Тринадцать лет назад, сразу же после ухода Пандавов в изгнание, он распорядился отлить железную статую Бхимы и неустанно упражнялся на ней с палицей. За тринадцать лет он в совершенстве овладел этим искусством. Поединок с Бхимой показал, что предусмотрительность Дурьйодханы оказалась весьма кстати; Бхима значительно превосходил Дурьйодхану физической силой, но Дурьиодхана имел возможность противопоставить его силе умение.
Схватка представляла собой удивительное и грозное зрелище. Тысячи зрителей, которые были свидетелями её никогда ещё не видели ничего подобного. Палицы противников с силой ударялись друг о друга и высекали пламя, а звуки ударов были подобны грому. Долго продолжалась схватка, много ударов нанесли друг другу противники, и в конце концов начало обнаруживаться превосходство Дурьйодханы.
Кришне стало ясно, что в честном бою одержит верх Дурьиодхана, и победа Пандавов, купленная такой дорогой ценой, ускользнет от них теперь уже навсегда. Бесчестная победа лучше, чем поражение в честном бою - с такого рода поучением он обратился к Арджуне. Не обошлось это внушение и без ссылок на примеры из прошлого и даже на деяния богов, которые, по словам Кришны, также прибегали к нечестным уловкам.
Выбрав удобный момент, Арджуна хлопнул себя по левому бедру, напоминая этим Бхиме об обете, данном им в памятный день игры в кости, и побуждая его бить противника ниже пояса, что решительно запрещалось правилами такого поединка.
Улучив подходящий момент, Бхима с громадной силой метнул свою палицу в ноги противнику, и Дурьйодхана рухнул на землю с раздробленными бёдрами. Бхима подбежал к поверженному врагу и дважды ударил его ногой по голове. С бешеной радостью закружился он в пляске, всячески хуля своего противника.
Итак, война была закончена. Вождь враждебного войска, был сокрушён, и это не могло не вызвать вздоха облегчения у Пандавов и их сторонников. Однако многие из них, в том числе Юдхиштхира, были возмущены поведением Бхимы во время поединка. Баларама же до того разгневался, что бросился на Бхиму с поднятым плугом. С большим трудом удалось Кришне хитрыми речами успокоить своего рассерженного брата.
После поединка Дурьйодханы и Бхимы Пандавы с остатками своих войск вступили в опустевший лагерь Кауравов. Здесь воины остановились на отдых: найденные в лагере богатства Кауравов и союзных с ними царей - драгоценные камни, жемчуг, золото, серебро, украшения и бесчисленное количество рабов они поделили между собой. Только сами Пандавы и Сатьяки по совету Кришны вместе с ним расположились на отдых вне лагеря, в значительном от него отдалении. Благодаря божественному провидению Кришна знал, что произойдёт этой ночью в лагере, и хотел спасти своих родственников. Что же касается всех остальных, то они и должны были погибнуть во исполнение той задачи, ради которой бог Вишну родился на земле в образе Кришны.
На поле Курукшетры оставался один Дурьйодхана. Сюда же, узнав о случившемся, прибыли три воина, уцелевшие из всех, кто сражался на стороне Кауравов: Крипа, Ащваттхаман и Критаварман. Они расположились вокруг умирающего царя, лежавшего подобно сражённому тигру. Услышав, что царь Кауравов был побеждён с помощью предательской уловки, Ащваттхаман поклялся, что не успокоится до тех пор, пока не истребит всех врагов.
Одобрив его намерение, Дурьйодхана назначил Ащваттхамана предводителем своего войска; правда, войско это состояло только из трёх человек, но все они были могучими, храбрыми и искусными воинами, горевшими ненавистью к бесчестным победителям и жаждавшими мести. Брахман Крипа тут же совершил обряд посвящения, и трое воинов ушли, оставив умирающего Дурьйодхану, который всё ещё надеялся хотя бы на отмщение.
Литература: Ильин Г.Ф. Щальяпарва (книга о Щалье)//Старинное индийское сказание о героях древности "Махабхората"- М.:Академия наук СССР, 1958 - c.85-94

Городок Сайлент Хилл закрыт уже несколько десятков лет, с тех пор, как в нем случилась страшная трагедия: в предместье загорелся уголь и весь город, вспыхнул и сгорел со всеми своими жителями. С тех п...

Каждый из нас был ребенком, и у многих сохранился в памяти страх перед ремнем, который, случалось, гулял по нашим мягким местам из-за двоек, баловства или иных провинностей. И, конечно же, сердитые вз...

1. Фрасибул, сын Лика, афинянин. Если бы мы воздавали должное одной добродетели, не принимая в расчет удачу, как знать, может быть, я оказал бы этому человеку предпочтение перед всеми остальными велик...

Еще статьи из:: Тайны мира Мировая история Бизнес идеи