1. Пелопид, фиванец, известный скорее историкам, чем широкой публике. Не знаю даже, как и приступить мне к рассказу о его доблестях, поскольку есть опасение, что, увлекшись изложением его подвигов, я окажусь не автором жизнеописания, а составителем исторического сочинения. Если же я коснусь лишь основных событий то люди, мало сведущие в греческой истории, не смогут, пожалуй, по-настоящему оценить величие этого мужа. Итак, по­стараюсь по мере сил решить обе задачи, удовлетворив и взыскательного и неискушенного читателя (Непот опускает родословную своего героя, начиная повествование с рассказа о его знаменитом подвиге. По данным Плутарха (Пелоп. III), Пелопид сын Гиппокла, родился в богатой аристократической семье, не уступавшей знатностью дому Эпаминонда. Год рождения Пелопида определяется приблизительно: в 384 г. он сражался под Мантинеей, а в 379 г. считался самым молодым из заговорщиков (Плут. Пелоп VII), следовательно в конце 80-х гг. ему было лет 25-30, т.е. родился он где-то между 410-405 гг. до н.э.).
Лакедемонянин Фебид, направляясь с войском к Олинфу и проходя через Фивы, захватил городскую крепость, именуемую Кадмеей. Подбила его на это кучка фиванцев, державших сторону Спарты из расчета облегчить себе борьбу с враждебной партией, и действовал он без ведома властей, на свой страх и риск (Олинф - глава союза городов, расположеннный на полуострове Халкидика во Фракии. В середине 80-х гг. Халкидская лига активно расширяла свои границы, захватив южную Македонию и претендуя на поглощение ряда соседних греческих городов. Поскольку внутри этого объединения автономия отдельных членов упразднялась на основе введения единого общесоюзного гражданства, Спарта добивалась роспуска Халкидского союза в соответствии с требованиями Анталкидова мира. Предлог для прямого вмешательства дала ей жалоба нескольких городов, противящихся включению в Халкидскую лигу. Афины и Фивы были в дружбе с Олинфом еще со времен Коринфской войны. Фиванские власти издали постановление, запрещавшее гражданам Фив участвовать в войне с Халкидским союзом. В 382 г. афинские и беотийские послы вели переговоры о заключении союза с Олинфом (Ксен. Греч. ист. V, 2,15); в августе того же года через Фивы проходила рать Фебида. В свете этих факторов захват Кадмеи кажется не случайным событием. Молва приписывала инициативу этого дела спартанскому царю Агесилаю). За этот поступок лакедемоняне отозвали его от войска и оштрафовали, но крепость тем не менее фиванцам не возвратили, полагая, что коль скоро вражда разгорелась, то лучше держать их в узде, чем освободить. И вообще они считали, что после поражения Афин в Пелопоннесской войне им, спартанцам, придется иметь дело с Фивами, и что один только этот город мог бы отважиться на сопротивление им. Руководствуясь таким соображением, они раздали верховные должности своим сторонникам, а вождей противной партии или казнили, или отправили в изгнание. Вместе с прочими изгнанниками лишился отечества и Пелопид, о котором я начал рассказ.
2. Почти все беженцы стеклись в Афины, - не в поисках мирной жизни, а для того, чтобы при первом же подходящем случае постараться освободить оттуда родину. И вот, сочтя, что приспело время действовать, они вместе со своими единомышленниками в Фивах назначили срок для избиения врагов и освобождения государства - это был день, когда высшие должностные лица уст­раивали, по обычаю, общее застолье. Нередко великие дела дела­ются малыми силами, но никогда еще столь малый толчок не опро­кидывал такую великую мощь: ведь из числа изгнанников объеди­нились всего 12 молодых людей, и вообще нашлось не больше сотни человек, ввязавшихся в столь опасное дело (Заговор Пелопида осуществился в декабре 379 г. Ход событий подробно изложен у Плутарха (Пелоп. VII-XIII) и Ксенофонта (Греч. ист. V, 4,1-12). 12 (по Плутарху) или 7 (по Ксенофонту) молодых эмигрантов проникли в Фивы. В городе их поджидали 30 местных заговорщиков. Остальные участники заговора входили в отряд двух афинских стратегов, стоявший наготове на границе Аттики и Беотии). И вот эта-то горстка сокрушила могущество лакедемонян. Дело в том, что за­говорщики пошли войной не столько на своих политических противников, сколько на спартанцев, которые были хозяевами всей Греции, и авторитет спартанской власти, поколебленный этим начи­нанием, вскоре после того был окончательно сокрушен в битве при Левктре. Итак, те 12 юношей во главе с Пелопидом вышли из Афин засветло, - так, чтобы добраться до Фив в сумерки. Шли они с охотничьими собаками, тащили сети и были одеты как крестьяне, чтобы не вызвать особого подозрения по дороге. Достиг­нув города в рассчитанное время, они зашли в дом Харона - того самого, который назначил им день и срок.
3. Здесь хочется заметить, хотя это и не относится к делу, какой бедой чревата излишняя самоуверенность. Ведь фиванским властям тотчас донесли, что в город вошли изгнанники. Они же, увлеченные вином и яствами, настолько пренебрегли этой новостью, что не потрудились даже расспросить о ней. Случилось и другое событие, еще яснее обнаружившее их безрассудство: одному из них, а именно Архину, занимавшему тогда в Фивах верховный пост, доставили письмо от Архия из Афин (Архин или Архий (у Плутарха) фиванский - полемарх того года. Архий афинский - жрец-иерофант, гостеприимец своего фиванского тезки), в котором излагались все обстоятельства ухода изгнанников из города. Письмо было подано ему как раз, когда он возлежал на пиру, и он, сунув его нераспечатанным под подушку, сказал: важные дела я оставляю на завтра. Но едва настала ночь, как все эти пьяницы были перебиты изгнанниками, которых возглавлял Пелопид. Совершив это дело, они призвали народ к оружию и свободе и с помощью людей, сбежавшихся не только из города, но и со всех окрестных полей, выбили лакедемонский гарнизон из крепости, освободили родину от оков, а виновников захвата Кадмеи частью перебили, частью - изгнали.
4. В то время как происходили эти бурные события, Эпаминонд, пока шел бой с согражданами, сидел, как мы говорили выше, дома, сложа руки. Поэтому слава освобождения Фив принадлежит целиком Пелопиду, но почти все дальнейшие заслуги у них с Эпаминондом общие (Главную роль среди заговорщиков, вошедших в Фивы, играли Пелопид и Мелон, среди городских участников заговора Харон. Все трое стали первыми полемархами освобожденных Фив. Некоторые древние авторы называют их беотархами, но Беотийский союз в 378 г. еще не был восстановлен. Когда же он возродился, 7 его беотархов произошли, видимо, oт фиванских должностных лиц - трех полемархов и четырех синдиков (функции последних неясны), называвшихся общим именем - архонты. Семь архонтов встречаются и в других беотийских городах. Примечательно совпадение этой цифры с числом заговорщиков у Ксенофонта. По свидетельству Плутарха (Пелоп. VIII), вожди заговорщиков, т.е. учредители фиванской демократии, происходили из лучших фиванских домов. Этот феномен - аристократы во главе демократической партии - характерное явление античной истории). Так, в битве при Левктре Эпаминонд был командующим, а Пелопид возглавлял тот отборный отряд, который первым опрокинул лаконскую фалангу (Отборный отряд - это «священный отряд», существовавший в Фивах с незапамятных времен. Составлявшие его пары знатных молодых людей носили древние названия возниц возниц (гениохов) и колесничих (парабатов). В 479 г. фиванский «священный отряд» погиб в битве при Платеях, сражаясь на стороне персов. Был восстановлен ровно через 100 лет Горгидом, другом Эпаминонда, входившим в троицу лучших фиванских полководцев того времени (Эпаминонд - Пелопид - Горгид). В мирное время «священный отряд» нес караул в Кадмее, получая содержание от города). Участвовал он и в других его предприятиях - например, когда Эпаминонд осадил Спарту, он командовал одним из флангов, и еще ездил послом в Персию, ради скорейшего восстановления Мессены (Итак, из деянии Пелопида Непот упоминает подвиг при Левктрах, участие в осаде Спарты в 370 г., посольство в Персию в 367 г. (см. об этих событиях во вступительной статье). Опущены бранные труды Пелопида 70-х годов, когда он отражал карательные набеги спартанцев на Беотию и восстанавливал Беотийский союз; в те годы особенно славилась его победа при Тегире (Плут. Пелоп. XVI). Не упоминается и первый удачный поход в Фессалию в 369 г. С первого года свободы (378 г.) до самой смерти Пелопид занимал пост беотарха или предводителя «священ­ного отряда» (Плут. Пелоп. XV, Диод. XV, 81)). Коротко говоря, Пелопид играл в Фивах вторую роль, но при этом едва уступал Эпаминонду.
5. Вместе с тем его преследовала злая судьба. Ибо сначала - мы упоминали об этом - он жил изгнанником вдали от родины. Потом, мечтая привести Фессалию под власть фиванцев, он вел переговоры, считая себя вполне защищенным званием посла, которое считается священным по обычаю всех народов, но тиран Александр Ферский схватил его вместе с Исмением и бросил в темницу. Освободил его Эпаминонд, пошедший на Александра войной (События 368 - начала 367 г. (см. вступительную статью). Подробный рассказ - см. Плут. Пелон. XXVII-XXIX). Впоследствии Пелопид никак не мог простить тому, кто нанес ему оскорбление, и потому уговорил фиванцев идти на помощь Фессалии и выгнать из нее тиранов. Получив главное командование в этой войне, он выступил в поход и, едва завидев врага, не замедлил начать сражение. Во время боя Пелопид узнал Александра. Пылая ненавистью, погнался он за ним на коне, но, слишком оторвавшись от своих, пал, пронзенный тучей дротиков. Это случилось перед самой победой, когда войска тиранов уже подавались вспять (Пелопид погиб в 364 г. в битве при Киноскефалах на том самом месте, где в 197 г. до н. э. римляне разбили македонского царя Филиппа. Подробности битвы см. Плут. Пелоп. XXXII. Непот ошибается, говоря о тиранах во множественном числе, ибо единственным противником Пелопида был в это время Александр Ферский). За эту победу все города Фессалии почтили павшего Пелопида золотыми венками и медными статуями, а детям его подарили обширные земельные угодья.

Корнелий Непот 'О знаменитых иноземных полководцах'

Древнейшие греки были сухопутным народом. Заселив страну, которая позднее  получила звонкое имя - Эллада, они быстро убедились в том, что скудная земля с  трудом прокормит их. Нуждались они во многом ...

В начале XVII века никто еще не осмеливался предсказать упадок Испании, и тем более было далеко от этой мысли правительство регентши Марии Медичи, изменившее внешнюю политику Генриха IV. Регентша жени...

ВСЕРОССИЙСКИЙ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ ДЕКРЕТ от 7 марта 1918 г. N 2 О СУДЕ В развитие и дополнение декрета о суде от 24 ноября 1917 года Всероссийский Центральный Исполнительный комитет...

Еще статьи из:: Мировая история Бизнес идеи Тайны мира