При Ашоке государство Маурьев достигло особого могущества. Империя территориально расширилась и стала одной из крупнейших на древнем Востоке. Слава о ней разнеслась далеко за пределы Индии. Об Атаке и его деятельности создавались легенды, в которых особенно прославлялась его заслуга в распространении буддизма. Эти буддийские сказания имели хождение во многих странах Азии.  Благодаря многочисленным эдиктам царя Ашоки мы имеем важные сведения об истории этого периода, о системе управления империей, о политике Маурьев. В эдиктах маурийский царь называется Пиядаси Деванампия, т. е. «царь Пиядаси, милый богам». Лишь в двух эдиктах царь выступает под именем Ашоки. Некоторые более поздние источники говорят о том, что Пиядаси было собственным именем сына Биндусары  до захвата им (Престола, а став царем, он величался и как Ашока (дословно — «лишенный печали»).  Показательно, что в греческих надписях, эдиктах, найденных в Кандагаре, маурийский царь выступает под именем Пиядаси.  Цейлонские (хроники рассказывают, что Пиядаси, будучи еще царевичем, был направлен в качестве правителя отцом — царем Биндусарой в Западную Индию (провинцию Аванти) с центром в Уджаяни. Согласно же североиндийским источникам царевич находился в Северо-Западной Индии, в Такшашиле (Таксиле), куда Биндусара послал его для подавления восстания местных жителей против царских чиновников. Источники повествуют об упорной борьбе Пиядаси с братьями за власть. Цейлонские хроники сообщают, что ото соперничество продолжалось и после того, как Ашока захватил магадхский престол. В результате официальная коронация Ашоки сосюялась только через четыре года .после захвата им власти. Единственным крупным политическим событием, о котором нам рассказывают эдикты царя, была война с Калингой — сильным государством на восточном побережье Бенгальского залива (современная Орисса.) В своем эдикте Ашока сообщает, чго во время вэйны было взято в плен 150 тыс. и убито более 100 тыс. человек. Присоединение Калинги, важной в стратегическом и торговом отношении области, способствовало усилению империи.  Калинга оказала Ашоке упорное сопротивление. Эта область входила в империю Нандов, а затем ей удалось добиться независимости. В специальном эдикте, посвященном завоеванию Калинги, Ашока сам признавал, что суровые меры наказания применялись и к простому народу, и к знати, которая тоже не захотела смириться с властью Маурьев. Ашоке даже пришлось принимать особые меры, чтобы разрядить обстановку в завоеванной области. Калипге была предоставлена большая самостоятельность, но император лично проверял деятельность местных чиновников, следя, по его собственным словам, за тем, «чтобы не было беспричинного заключения в тюрьму городских жителей и беспричинного причинения страдании».  Многие последователи считают, что калингская война заставила Ашоку отказаться от традиционной активной внешней политики по создапию объединенного государства. По их мнению, император стал мечтателем, не стремящимся к расширению и укреплению своего влияния и своей власти. Однако эти взгляды не соответствуют данным источников. Ашока не отказался от активной внешней политики, а лишь несколько изменил методы действий. Не забывая о своем могуществе и применяя в необходимых случаях силу, маурийский император в основном прибегал к идеологическим и дипломатическим приемам. С помощью специальных чиновников и миссий он стремился укрепить свое влияние в незавоеванных областях, обещая населению этих территорий любовь и заботу императора, свое отцовское расположение и всяческую поддержку. 

В одном из своих эдиктов Ашока, давая наставления чиновникам, говорил «Люди из незавоеванных стран должны твердо усвоить, что царь для нас как отец. Как он себе сочувствует, так и нам, как дети ему дороги — так и мы. Ашока поддерживал тесные дипломатические отношения со многими странами В его эдиктах упоминается селевкщский царь Антиох (Антиох II Теос — внук Селевка), правитель Египта Птолемей (Птолемей II Филадельф), царь Македонии Антигон Гонат, царь Кирены Маг и царь Эпира Александр В различные страны были послать: маурийские послы (дута), которые рассказывали о могущественном и добродетельном царе Ашоке 
Очень тесными были связи с Цейлоном, куда Ашока направил специальную миссию во главе со своим сыном Махендой для распространения буддизма. 
Царь Цеилона Тисса в ответ на это в честь Ашоки принят его титул — «милый богам» (Деванампия) и направил свое посольство в Паталипутру. Вопросы хронологии
Большие споры среди исследователей вызывает датировка правления Ашоки, хотя его надписи содержат важные сведения по этому вопросу В так называемых больших наскальных эдиктах, которые были выбиты через 12 лет после коронации Ашоки, одновременно упоминаются пять правителей. Упоминание о них говорит о том, что в год издания эдикта все пять царей были живы Этим годом может быть или 256 или 255 г. до н э. Значит, коронация Ашоки должна относиться примерно к 268 г до н. э. 
Интересное исследование провели ученые по анализу астрономических данных, содержащихся в легендах об Ашоке. В буддийских сказаниях говорится о затмении солнца — собы тии, которое будто бы совпадало по времени с поездкой Ашоки по святым буддийским местам Ученые выяснили, что в 249 г. до н э , в период правления Ашоки, произошло солнечное затмение А в одном из эдиктов царя, составленном в 20-м году правления, сообщается о посещении им места рождения Будды Все это, вместе взятое, дает основание предполагать, что начало правления приходится на 268 г до н о Эта дата подтверждается и некоторыми другими материалами если Бин-дусара правил 25 лет, как сообщают об этом пураны, содержащие описки царских династий, то Ашока вступил на престол в 268 г до н э Буддийская традиция сохранила сообщение о коронации Атаки через 218 лет после смерти Будды, которая, по мнению большого числа исследователей, могла произойти в 486 г до н э Если следовать этой традиции, получается та же дата начала правления Ашоки — 268 г. н.э. 
Некоторые ученые, правда, придерживаются иных датировок При этом нередко ссылаются на свидетельство цейлонских хроник о том, что Ашока короновался не сразу, а лишь через четыре года после захвата власти Исходя из этого за дату во дарения Ашоки принимается 265 г до н э В целом вопросы маурийскои хронологии чрезвычайно сложны. Империя Маурьев включала огромною территорию. В рамках единого государственного образования были объединены пароды и племена, разные в этническом, лингвистическом и культурном отношениях и следовавшие различным религиозным верованиям, традициям, обычаям. Cудя по надписям Ашоки, а также «Артхашастре», к этому периоду уже сложилось представление о значительном по территории государстве во главе с «правителем земли, власть которого распространялась на огромные области — от южного океана до вершин Гималаев» Авторами политических трактатов уже подробно разрабатывалось учение о границах государства, его взаимоотношениях с близкими и далёкими соседями. 

О появлении новых представлений в маурийскую эпоху может свидетельствовать различная характеристика, которую дают источники магадхскому царю Бимбисаре и императору Ашоко Если первый назывался «царем прадеши», т е небольшой территории, провинции, то Ашока считался «всеправите-лем над Джамбудвипой», т. е. всей Индией. 
Для определения границ империи Маурьев при Ашоке основными материалами служат эдикты императора. Некоторые сведения сохранились и в сообщениях античных авторов, повествующих о периоде Чандрагупты Определенную ценность представляют данные китайских путешественников, особенно в том случае, если они подтверждаются эпиграфическими или археологическими материалами. 
Для определения западных границ империи большое значение имело открытие в Кандагаре — центре Арахосии эдиктов Ашоки (греческой и греко-арамойскои надписей), что ясно указывает на вхождение Арахосии (область современного Афганистана) в его империю. 
В эдиктах Ашоки несколько раз упоминаются йоны и камбоджцы как народы, живущие на западе страны. Под ионами подразумевались греки, поселения которых имелись в Арахосии. Для греческого населения и предназначались версии эдиктов Ашоки на греческом языке Некоторые исследователи полагают, что ионы периода Ашоки были потомками тех греческих поселенцев, которые здесь обосновались еще при Александре Македонском. 
В Арахосии жили также и камбоджцы (иранское племя), о которых упоминается во многих древнеиндийских источниках как о прекрасных всадниках и коневодах. Язык камбожцев почти неизвестен, но, поскольку в арамейской версии эдикта Ашоки из Кандагара имеется много иранских слов, можно думать, что эта версия предназначалась для камбоджцев. 
Эдикт Ашоки был обнаружен и в Лампаке (около современного Джелалабада), что подтвердило факт вхождения Паропамиса в империю Маурьев (раньше об этом известно было лишь из античных источников, рассказывающих о результатах перемирия между Чандрагуптой и Селевком). 
Исходя из свидетельств поздней кашмирской хроники «Рад-жатарангини» и дневников китайских пилигримов, можно полагать, что в империю Ашоки входила и часть Кашмира. Согласно традиции, при Ашоке был построен главный город Кашмира — Шринагар. В состав его государства входили также и некоторые области Непала. Данныс эпиграфики и письменных источников позволяют включать в империю территорию современной Бенгалии. 
Находки эдиктов Ашоки в Южной Индии помогли установить южную границу империи. Условно она может быть проведена к югу от современного округа Читалдруг. На юге империя граничила с государствами Чола, Кералапутра и Сатьяпут-ра, которые упоминаются в эдиктах Ашоки как не входящие в его государство. Однако Маурьи поддерживали с этими областями тесные контакты. Там строились буддийские ступы, туда посылались проповедники. Дипломатические связи поддерживались со многими странами, в том числе с эллинистическими государствами Запада, с Цейлоном, некоторыми областями Центральной Азии и т. д. Царская власть в эпоху Маурьев
В магадхско-маурийскую эпоху происходит дальнейшее усиление монархической власти и постепенное падение роли институтов племенного управления. 
Особенно усилилась власть царя в период Маурьев. Это нашло отражение и в эдиктах Ашоки, и в «Артхашастре». Царь считался основой государства. ««Государство — ото царь» — такова вкратце суть всех элементов государства»,— заявлял автор «Артхашастры». 
Принцип наследования соблюдался очень строго. Еще при жизни царь назначал одного из своих сыновей (обычно старшего) наследником престола, хотя захват престола сопровождался, как правило, острой борьбой между царевичами. 
При вступлении на престол царь совершал особую церемонию воцарения — абхишеку, которая сопровождалась пышными празднествами. 
К эпохе Маурьев уже оформилась концепция «чакраварти-тта» (дословно — «вращающий колесо власти») — единоправителя, власть которого будто бы распространялась на огромные территории от Западного до Восточного океана, от Гималаев до южных морей. Особенно подробно эта концепция изложена в «Артхашастре». В конечном итоге это отражало новый этап в развитии индийского государства, связанный с образованием огромной империи. 
Судя по надписям Ашоки, маурийский царь стоял во главе государственного аппарата и обладал законодательной властью. Эдикты Ашоки изданы от имени и по повелению царя. Царь сам назначал крупных государственных чиновников, являлся главой фискальной администрации, верховным судьей. В «Артхашастре» подробно описываются функции царя, его времяпровождение. Особое внимание уделялось охране царя, так как при дворе часто устраивались заговоры. Мегасфен, находясь при дворе Чандрагулты, обратил на это особое внимание и записал в своем труде: «Царь не спит днем и даже ночью вынужден время от времени менять ложе из боязни злого умысла. На охоту царь выступает в окружении женщин, а вне круга женщин идут копьеносцы. С обеих сторон путь процессии огражден веревками. Тому, кто зайдет за веревку, к женщинам, грозит смерть». 
Большую роль при дворе играл царский жрец, который принадлежал к влиятельному брахманскому роду. Царь сам выбирал себе надежных помощников, хотя и за ними была установлена секретная слежка. Царь устраивал специальные испытания своим приближенным. Нечестным угрожали рудники. Службе надзора придавалось большое значение. Под надзором находились не только должностные лица, но и жители городов и деревень. Особое внимание уделялось наблюдению за царевичами, которые, как говорится в «Артхашастре», «подобно ракам, пожирают своего родителя». 
Ночью царь принимал тайных агентов, а днем, как рассказывает «Артхашастра», занимался различными государственными делами и предавался развлечениям. Царь считался и командующим армией. Судя по сообщению Мегасфсна, численность царского войска была огромной. В военном лагере Чанд-рагупты находилось 400 000 солдат. Паришад и сабха
Большую роль в управлении государством играл совет царских сановников — паришад. Этот институт не был введен Маурьями (он существовал в предшествующие эпохи), хотя именно при Маурьях паришад приобрел функции политического совета. О паришаде упоминают эдикты императора, подробно его деятельность изложена в «Артхашастре», в которой он называется мантри-паришадом (собранием маптринов — министров царя). Совет занимался проверкой всей системы управления и выполнением приказов царя. Кроме паришада существовал и узкий тайный совет, состоящий только из нескольких особо доверенных лиц. В случае крайне неотложных дел могли вместе собираться члены обоих советов. 
В «Артхашастре» подчеркивается, что количественный состав паришада зависел от нужд государства. При Ашоке па-ришад стал заниматься контролем за выполнением норм дхармы и устанавливал обязанности для чиновников, выезжавших в инспекционные поездки по стране. Судя по одному из эдиктов Ашоки, паришад мог собираться и без царя, хотя Ашока требовал, чтобы в случае экстренных событий ему немедленно сообщали об этом. В самом паришаде нередко вспыхивали жаркие споры, порой приводившие к вмешательству царя. Иногда противоречия возникали между царем и на-ришадом; особенно острые формы они приняли в последний период правления Ашоки, когда сложилась оппозиция против царя. 
Паришад как политический орган состоял из знати — военной и жреческой, которая стремилась сохранить свои привилегии и ограничить абсолютную власть правителя. В ранние периоды, например в ведийскую эпоху, паришад был более широким по составу и более демократическим по характеру органом власти, оказывавшим значительное воздействие на раджу и его политику. Постепенно количественный состав паришада уменьшается, он аристократизируется, роль его все более сводится к выполнению совещательных функций при царе. Однако даже в эпоху Маурьев, когда царская власть особенно усилилась, паришад сохранял значительное влияние, и маурийские правители не могли с ним не считаться. 
Сходную эволюцию претерпела и сабха — в прошлом широкое по составу собрание знати и представителей народа, выполнявшее очень важные политические функции. К эпохе Маурьев состав сабхи становится значительно уже, она тоже приобретает характер царского совета — раджа-сабхи. Правда, по-сравнению с паришадом раджа-сабха была более представительным органом. В нее могли входить и некоторые представители городского и сельского населения. В ряде случаев царю приходилось обращаться за поддержкой к раджа-сабхе. Из источников известно, например, о выступлении Ашоки перед членами раджа-сабхи. В грамматике Патанджали (II в. до н. э ) упоминается о сабхе при Чандрагупте. 
Данные источников об определенном влиянии нарушала и раджа-сабхи в системе государственной власти маурийской эпохи представляют большой интерес. Они доказывают, что даже в периоды особенного усиления монархической власти сохранялись институты и традиции древней политической организации, которые определенным образом ограничивали власть царя. Поэтому в Древней Индии монархическая власть не достигла той деспотизации, которая имела место во (многих странах древнего Востока. Налоги
Сбор налогов считался одной из важнейших функций царя, и поэтому источники подробно излагают принципы и организацию системы налогообложения. 
В различных политических трактатах многократно подчеркивалось, что казна составляет основу сильной власти, и царю рекомендовалось постоянно следить за ней. 
Доля собираемых налогов была весьма велика, но в текстах все время проводилась идея о том, что царь собирает налоги ради защиты самих подданных, что это своего рода небольшая награда ему за заботу о населении страны. К периоду Маурьев старая система налогообложения претерпела значительные изменения. Прежние, часто добровольные подношения царю приняли форму обязательных и строго фиксированных налогов. Основным видом налога был бхага — доля царя, обычно составлявшая 1/6 часть сельскохозяйственной продукции. Царь по своему желанию мог уменьшить эту долю или вообще освободить кого-то от налога, но это бывало очень редко и в особых случаях. Царь даже назывался «шадбхагин», т. е. «получающий шестую долю». Некоторые области с особо хорошей почвой, где выпадали обильные осадки, могли облагаться значительна более высокими налогами — до 1/4 и даже 1/3 урожая. Долг царя могла быть увеличена и при финансовых затруднениях в государстве. 
В этой связи интерес представляет не совсем обычное сообщение Патанджали о том, что маурийские цари, «стремясь получить золото, установили изображения». Можно предполагать, что речь идет об изображениях богов, которые были выставлены в специальных местах, а получаемые от этого сборы шли в казну. Не исключено, что Маурьи просто забрали из некоторых храмов статуи богов: судя по «Артхашастре», в период финансовых затруднений царю разрешалось забирать в свою казну имущество храмов. 
Основной податной группой были земледельцы — свободные общинники, владельцы небольших участков земли. Кроме них налоги царю уплачивали также ремесленники, торговцы, владельцы скота. 
Судя по источникам, некоторые слои населения были освобождены от налогов. И античные авторы, и древнеиндийские «законы» — шастры говорят о том, что брахманы, как знатоки священных текстов и как представители высшей варны, освобождались от уплаты налогов. Более того, в некоторых сочинениях даже отмечается, что за взимание налога с знатоков Вед, с отшельников и царских жрецов полагался штраф. Брахманские источники старались обьяснить это тем, что брахманы уже своей деятельностью и религиозными заслугами как бы вносили свой вклад в государственную казну и способствовали расцвету страны. 
Некоторые тексты включают в список освобожденных от налогов «людей царя», т. е. находящихся на царской службе. Таким образом, основное бремя налогов ложилось на земледельцев и ремесленников и еще более обостряло противоречия между классами, сословиями, различными социальными группами.В «Артхашастре» дается подробное описание функций финансовых чиновников и деятельности специального налогового ведомства во главе с главным сборщиком налогов. Система провинциального управления
Провинциальное управление было построено с учетом старых традиций и институтов, хотя Маурьи видоизменили ранее существовавшую систему, приспособив ее к новым условиям. Были cозданы и новые институты государственного управления. Ядром империи считалась виджита (дословно — завоеванное), куда входил собственно царский домен и некоторые области, находящиеся под особо строгим контролем центрального управления. Территория государства делилась на провинции, из которых особым статусом облагали четыре главные провинции — Северо-Западная со столицей в Таксиле, Западная со -столицей в Уджаяни, Восточная (провинция Калинга) с главным центром в Тосали и Южная — с центром в Суварнагири. Во главе этих провинций находились царевичи. Столь высокий статус именно этих областей был связан с их особым положением в империи и ролью в политической, экономической и культурной жизни страны. Создание специальной Южной провинции объяснялось важностью «южного вопроса», приобретшего значение еще при Биндусаре. Если царевичи Такоилы, Уджаяни и Тосали носили титул: «ку-мара» (царевич обычного статуса), то правитель в Суварнашри называется в эдиктах аяпута (арьяпутра —очевидно, наследник престола), что указывало на его особый, более высокий статус. Можно предполагать, что лри Ашоке здесъ находиласъ ставка наследника престола. 
Главные провинции обладали немалой автономией Царевичи во всех провинциях (кроме Калинги) посылали специальных инспекторов по управляемой ими территории для про-лерки действий местных чиновников. Правитель же Калинги ле обладал этим правом: по ее территории инспектирующие поездки организовывал сам император. Ашока даже к местным: чиновникам Калинги обращался непосредственно. Это объяснялось тем, что Калинга, будучи недавно присоединенной, хотя и получила статус главной провинции, но была включена в виджиту и находилась под непосредственным контролем центральной власти. 
Наряду с делением на главные провинции существовало деление да джапапады (простые провинции), прадеши (области), ахале (округа) Низшей единицей провинциального управления считалась грама (деревня). Во главе джанапа стояли крупные государственные чиновники-раджуки. Дословно этот термин значит «держащий веревку», что было, видимо, связано с первоначальными функциями этих чиновников обмерять землю. Затем роль чиновников возросла, усложнились их обязанности. Они получили определенные судебные функции в своих провинциях и из простых сельских чиновников стали главами провинциального аппарата. Очевидно, раджуки периода Ашоки тождественны сельским чиновникам (агораномам) в государстве Чандрагупты, подробное описание которых оставил селевкидский посол Мегасфен. Правда, к эпохе Ашоки функции сельских чиновников несколько изменились. В подчинении раджуков находились, очевидно, окружные махаматры, стоявшие во паве ахало. 
В главных городах округа имелись канцелярии, где регулярно должны были собираться чиновники. Отсюда посылались по всему округу распоряжения, которые переписывали писцы — липикары. Судя по эдиктам, писцы знапи несколько вариантов письма (брахми, кхарогатхи, греческое). 
В эдиктах Ашоки упомянуты специальные чиновники по охране границ (антамахаматры), о которых было известно и автору «Артхашастры». Очевидно, они занимали довольно высокое положение, так как получали очень большое жалованье. Проводя политику строгой централизации, Маурьи вместе с тем не предприняли ломки многих старых институтов и традиций, с которыми они вынуждены были считаться. 
Борясь с сепаратизмом, Маурьи сохранили внутри империи на правах автономных единиц некоторые ганы — республиканские объединения, и в основном именно там, где труднее всего было осуществлять строгий контроль. Мегасфен сообщал об автономных, независимых полисах в государстве Маурьев. которые сохраняли многие черты старой политической организации, хотя в целом эти ганы включались в общую систему имперского управления. Городское управление
Некоторые черты самоуправления сохранились в эпоху Маурьев и в городах. В надписях Ашоки имеется указание на деление городов на внутренние, т. е. находившиеся в виджите, и внешние. Столицей империи была Паталипутра. Мегасфен писал о специальных городских чиновниках — астиномах, которые образовывали шесть небольших советов по и яти человек в каждом. Каждый совет осуществлял надзор за определенной сферой жизни города: один — за ремесленниками, другой — за чужеземцами, третий — за регистрацией рождений и смерти городских жителей, четвертый следил за торговыми операциями, пятый — за клеймением товаров ремесленников, шестой собирал десятину с продаваемых товаров. Сообщение Мсгасфе-на показывает, какие вопросы городской жизни были самыми острыми, требовавшими специального контроля властей. Заслуживает внимания сам факт существования в городах коллективных органов управления. Городской совет фактически был главным органом власти в городе, хотя члены его, очевидно, уже не выбирались, как в ведийскую эпоху, а назначались или утверждались центральной или провинциальной администрацией. 
Центральная власть стремилась лишить независимости городские советы, но определенную автономию им удавалось все же сохранять. Известно, например, что некоторые города имели свои собственные печати, городские знаки; городские советы заключали сделки с ремесленными организациями. 
Каждая группа населения в зависимости от варны и профессии занимала определенную часть города, что, возможно, было связано с очень древней традицией племенной организации. Городские чиновники осуществляли контроль за общественными постройками, за чистотой в городе, за святилищами и храмами. Большинство построек в городах были деревянными, поэтому противопожарный контроль приобретал особую актуальность. В летнее время нельзя было разводить огонь, за нарушение этого правила взимался большой штраф. Всем домохозяевам надлежало иметь противопожарные средства. Кадки с водой, пишет автор «Артхашастры», всегда должны быть наготове. Множество сосудов с водой выставлялось па улице. Судя по «Артхашастре», жизнь в городе строго регламентировалась. Хождение по улицам города после специального ночного сигнала запрещалось, а если кто-либо проходил мимо царского дворца, его арестовывали и штрафовали. Религиозная политика Ашоки
С маурийским периодом связано широкое распространение в Индии буддизма. Возникший за несколько веков до эпохи Маурьев как небольшая секта бродячих монахов буддизм к III в. до н. э. стал одним из главных течений в духовной жизни древнеиндийского общества. В это время существовала организованная буддийская община — сангха, были оформлены основные канонические сочинения. Не случайно, что именно буддизм получил в этот период распространение и пользовался поддержкой мауриских дизм с его концепцией единодержавного правителя — чакравар-тииа, стоящего во главе сильного государства, стал идеологической основой образования объединенной империи. 
Судя по различным источникам, Ашока не сразу принял буддизм. При дворе своего отца он занимался с учеными различных школ — ортодоксальных и так называемых еретических направлений. Затем Ашока посетил буддийскую общину, выяснил основы учения Будды и стал упасакой, т. е. светским последователем буддизма. В эдиктах он сам рассказывает об эволюции своих взглядов. В первое время император не уделял особого внимания буддийской общине, но затем, после личного знакомства с жизнью буддийских монахов в столице, стал активно поддерживать буддистов и помогать общине. Особенно интерес к буддийскому учению, к его этическим нормам усилился после войны с Калингой, когда специальное значение приобрела политика дхармавиджаи — распространения основных норм поведения (дхармы), хотя последователем буддизма Ашока стал еще до начала войны. 
Будучи буддистом. Ашока в течение всего царствования оставался мирянином и не выпускал из своих рук бразды правления. Мнение некоторых ученых о том, что Ашока будто бы был царем-монахом, ушедшим в конце царствования в буддийский монастырь, противоречит имеющимся материалам источников. Столь же неправильна и точка зрения о том, что буддизм при Ашоке был государственной религией. 
Оказывая буддийской общине особое покровительство, Ашока не превратил буддизм в государственную религию. Главной чертой его религиозной политики была веротерпимость, и он придерживался этой политики в течение почти всего периода своего царствования. 
В своих эдиктах Ашока выступает за объединение всех сект, но не путем насилия, а в результате развития главных принципов их учений. Судя по эдиктам, Ашока дарил пещеры адживbrам, которые были в этот период одними из главных соперников буддистов я пользовались значительным влиянием в народе. Из эдиктов известно и о том, что царь посылал своих представителей в общины джайнов и к брахманам. Можно предполагать, что Ашока в определенной мере был вынужден вести политику религиозной терпимости — еще слишком сильны были ортодоксальные и другие (наряду с буддизмом) реформационные течения. Именно политика религиозной терпимости при умелом контроле государства над жизнью различных религиозных сект позволила Ашоке избежать конфликта с сильной прослойкой брахманов, с адживиками, джайнами и вместе с тем особенно усилить буддизм. Когда же в последние годы царствования Ашока отступил от политики веротерпимости и стал проводить явно пробуддийскую политику, это вызвало решительную оппозицию у приверженцев других религий и привело к тяжелым для царя и его власти последствиям. 
В конце царствования Ашока входит в очень тесный контакт с буддийской общиной и, отступив от своих прежних принципов, начинает даже гонения против адживиков и джайнов. 
Взаимоотношения буддистов с представителями других религий в этот период резко осложнились. Определенные трудности возникали и среди самих буддистов: источники рассказывают о столкновении последователей разных буддийских школ. В связи с этим император внимательно следил за целостностью буддийской общины. Он издает специальный указ о борьбе против раскольников — монахов и монахинь, которые подрывали единство сангхи. По указу их следовало изгнать из общины. Вместе с тем Ашока рекомендует буддийским монахам пристально изучать буддийские тексты и называет ряд буддийских канонических сочинений, посвященных преимущественно дисциплинарным вопросам. 
Согласно буддийской традиции, в период правления Ашоки в Паталипутре состоялся 3 буддийский собор. 
Одной из отличительных черт религиозной политики Ашоки являлось то, что он старался найти поддержку не только у буддийских монахов, но прежде всего среди широких слоев мирян — последователей буддизма. 
В этом смысле можно сказать, что Ашока был первым царем Индии, который понял важность буддизма в укреплении империи и способствовал его распространению. Большая часть его эдиктов была обращена не к монахам, а к мирянам, которые, очевидно, не были детально осведомлены об основных понятиях буддийской доктрины и ее философских категориях. Поэтому в надписях даже не упоминается о нирване, четырех благородных истинах, восьмиричном пути и т. д. Главное — это практическая направленность надписей, которые сам император называл «эдиктами о дхарме». Именно этические поло-жония, которые были хорошо известны мирянам, в том числе и не буддистам, находили широкую поддержку в массах, среди различных социальных групп. Дхарма эдиктов Ашоки
Под дхармой обычно понимались правила поведения человека и праведный образ его жизни, хотя этот термин в более узком смысле буддийского учения мог обозначать саму доктрину. 
В этих двух значениях термин «дхарма» упоминается в эдиктах Ашоки. В большинстве надписей дхармой называется свод моральных принципов, а в собственно буддийских эдиктах — учение Будды. Эти моральные правила в основном включали послушание родителям, уважение к старшим, щедрость, неубиение живых существ и т. д., т. е, они касались норм поведения человека, не являясь специфическими ни для буддизма, ни для брахманизма или какого-либо другого религиозного течения. Это были традиционные этические положения, хорошо попятные различным слоям населения независимо от этнической и религиозной принадлежности. Некоторые ученые ошибочно считают эти правила чисто буддийскими религиозными принципами, хотя буддизм действительно оказал немалое влияние па трактовку дхармы в эдиктах Ашоки. Показательно, что в греческих вариантах эдиктов царя слово «дхарма» передано греческим термином, означающим благочестие, а не религиозную веру. В этом же общем плане трактовался в эдиктах Ашоки вопрос о результатах, которых достигает человек, последовательно соблюдая принципы дхармы. Стойкому и верному в дхарме обещались милость царя, 'благополучие и достижение неба (сварги). Последнее положение было хорошо-попятно широким слоям населения: оно было характерно еще для ведийской эпохи, а потом заимствовано и буддизмом. Вместе с тем ни о каких религиозно-философских категориях буддизма в эдиктах не говорится, так как эдикты были обращены к широкому кругу мирян разных вероисповеданий. Более того, дхарма Ашоки соответствовала некоторым основным этическим принципам главных религиозных направлений. Император называл эти принципы сущностью учений разных сект и направлений. Призыв к изучению дхармы связывается в эдиктах с признанием и уважением всех учений. 
Принципы дхармы, которые проводились в эдиктах Ашоки, должны были стать общими для населения всей империи и как бы подняться над дхармами варн, объединений и разных социальных групп. 
Политика распространения принципов дхармы — дхарма-виджая (дословно — завоевание дхармы) составляла одну из важнейших частей общей политики Ашоки. Были назначены особые государственные чиновники — дхарма-махамары, которые наблюдали за выполнением норм дхармы. 
Показательно, что эти чиновники направлялись к последователям различных религий. В эдиктах император прямо заявляет о том, что дхарма-махамары должны проверять, как исполняют дхарму буддисты, брахманисты, джайны, адживики. 
Такая политика позволяла осуществлять контроль за различными группами населения и бороться с сепаратизмом. Лишение Ашоки власти и падение империи
Для изучения последнего периода в истории маурийской империи немалый интерес представляют буддийские сказания о царе Ашоке, так как этот период в эпиграфике освещен весьма фрагментарно. 
Особое внимание привлекают необычные сообщения о лишении Ашоки власти в последние годы его правления. Эти свидетельства сохранились в различных по времени и характеру сочинениях. 
Источники рассказывают, что к концу своего правления царь Ашока, преподнося щедрые дары в пользу буддийской общины для процветания учения Будды, разорил государственную казну. В этот период внук Ашоки — Сампади (Самирати) стал наследником престола. Царские сановпики сообщили ему о чрезмерных дарах императора и потребовали их немедленно отменить. По приказу Сампади распоряжения Ашоки о пожалованиях буддийской общине не выполнялись. Фактически власть сосредоточилась в руках Сампади. Ашока, как рассказывают источники, с горечью должен был признать, что его приказы стали лишь мертвой буквой, а он лишился царства и власти, хотя формально и оставался царем. 
Сообщения буддийских источников могут показаться полностью вымышленными, но па самом деле они в целом правильно передают напряженную политическую обстановку в последние годы правления Ашоки. Его пробуддийская политика вызвала сильное недовольство последователей ортодоксальною брахманизма и джайнов. По сообщению некоторых источников, Сампади был последователем джайнизма, его поддерживали крупные сановники. В стране в это время создалось трудное финансовое положение, вспыхивали восстания, в том числе одно из крупных волнений произошло в Таксиле, где во главе недовольных встал местный правитель. 
В заговоре против царя, как повествуют источники, принимала участие и царица Тишьяракшита — тоже противница буддизма. Показательно, что в одном из самых поздних эдиктов приказ отдается не от имени Ашоки, как ранее, а от имени царицы. Приказ касался различных даров, т. е. того острого вопроса, который, судя по буддийским текстам, формально и привел к конфликту царя с его окружением. Можно предполагать, что совпадения эпиграфического свидетельства и данных буддийской традиции далеко пе случайны. Они отражают реальную картину последних лет царствования Ашоки. 
Его наследникам уже, очевидно, не удалось сохранить единство империи. На основании источников можно предполагать, что империя распалась на две части — восточную с центром в Паталипутре и западную с центром в Таксиле. Свидетельства источников о прямых наследниках Ашоки разноречивы, но есть основания полагать, что в Паталипутре царем стал Сампади, или Дашаратха, которого некоторые пура-ны считают сыном и преемником Ашоки. Подобно Ашоке, Дашаратха носил титул «милый богам» и оказывал покровительство адживикам, о чем свидетельствуют его эдикты о дарении им пещер. Затем цари быстро сменяли друг Друга на магадхском престоле, а около 180 г. до н. э. последний представитель Маурийской династии Брихадратха был убит в результате заговора, подготовленного его главнокомандующим Пушьямитрой. Так пришла к власти новая династия Шунгов, которая не смогла поддержать былое величие маурийской империи. Очевидно, Северо-Западные районы и некоторые области Декана Шупгам уже не принадлежали. 
Интересные сведения о взаимоотношении Селевкидов с Маурьями в последпий период их царствования сообщает Полибий. Согласно его данным, известный селевкидский царь Антиох Великий (223—187 гг. до н. э.) после своих походов на восток перешел Гиндукуш и возобновил союз с индийским царем Софагассном (очевидно, маурийский царь Сомашарман). Затем Антиох получил в Индии боевых слонов и двинулся в Арахосию. Можно предполагать, что к 206 г. до н. э. маурий-с.кие цари уже не могли противоборствовать действиям Антио-ха, который вступил в Арахосию. Не исключено также, что» даганая область к этому времени не являлась частью империи. Вместе с тем Антиох не мог не считаться с Софагасеном. Поэтому он возобновил дружеские отношения, которые существовали между Селевкидами и Маурьями еще со времен Селевка. Великого и Чандрагулты. Шунги и вторжение греко-бактрийцев
В эпоху Шунгов «западный вопрос» стапоновится одним из самых острых. Судя по тактату Патанджали «Махабхашья», армия яванов (греко-бактрийцев) осадила индийские города Сакету п Мадхьямику. Этот же факт содержится в сочинении «Юга-пурапа». При этом добавляется, что войска продвинулись от Сакеты до Паталипутры, но из-за внутренних распрей в самой армии вынуждены были снять блокаду столицы Шунгов. 
Вторжение греко-бактрийцев. очевидно, произошло в середине II в. до н. э., в период правления Пушьямитры. Царем греко-бактрийцев был Менандр. 
Столкновения с греко-бактрийцами продолжались и при преемниках Пушьямитры, в частности нрл его внуке Васумитре, которому, однако, удалось одержать внушительную победу. Затем взаимоотношения Шунгов с греко-бактрийцами стабилизировались. Из эпиграфики известно о посольстве греческого царя Антиалкида к шунгскому правителю Бхагабхадре (Бхагавате). Посольство было послано и г. Видишу, куда, очевидно, переместилась столица шунгских царей. 
Более ста лет Шунги удерживали свою власть. Затем престол перешел к Канвам (68—22 гг. до н. э.), при которых быстрыми темпами шел процесс децентрализации: многие области отпали от центра, возникли новые местные династии. Трудно сказать, насколько верны сведения древнеиндийских источников об антибуддийской политике Шунгов, и особенно Пушьямитры, но ясно, что буддизм в этот период уже не пользоваться столь сильной поддержкой, как при Ашоке. В период Шупгов получил распространение и вишнуизм, о чем нам сообщают надписи шунгских царей Особое значение приобретает культ Васудэвы. 
Судя по пураническим спискам, Маурьи удерживались на магадхском престоле 137 лет. Это был период крупных свершений, знаменательных явлений в социальной и культурной областях, оставивший глубокий след в развитии древнеиндийскою общества и государства Создание объединенного индийского государства привело к общению различных народов, взаимодействию их культур и традиций, к стиранию узких племенных рамок; укреплялись контакты с зарубежными странами. В эпоху Маурьев индийская кутьтура распространяется в сараны Юго-Восточной Азии и на Цейлон. В отот период были заложены также основы многих государственных институтов, которые получили развитие в последующие эпохи. 
Несмотря на сильную армию, крепкий аппарат управления, политику дхармавиджаи, направленною на объединение раз личных народов и областей, Маурьям по удалось сохранить даже это непрочное единство Империя являлась пестрым конгломератом племен и народов, стоящих на разных ступенях развития.

Чеченские общества, а их всего девять на сегодня, состоят из тейпов (кланов), которые в свою очередь состоят из гаров или некъе, дальше вар и семья, как наименьшая ячейка общества. Система родов (клан...

Афина (греч.) — Минерва (рим.)Афина — богиня мудрости, знания и справедливой войны, покровительница городов и государств, наук и ремесел. Являлась одной из наиболее почитаемых богинь Греции, сопернича...

Тимбукту - город в СахареВ эпоху позднего Средневековья не было в Черной Африке другого города, столь часто заставлявшего европейских ученых приходить к фантастическим заключениям, как легендарный Тим...

Еще статьи из:: Мировая история Тайны мира Бизнес идеи