В качестве области, где индоевропейцы выделились из общей этнической массы, доктор Джайлс предлагает рассматривать лессовые земли между Карпатами на востоке, Балканами на юге, Альпами и Богемским лесом на западе, Рудными горами и северной частью Карпат на севере. Этот район, как он полагает, больше всего соответствует тем природным условиям, в которых сформировалась изначальная индоевропейская культура, в которой, на его взгляд, сельское хозяйство играло столь же важную роль, что и животноводство. Следовательно, индоевропейцы, или «странники», как он предпочитает их называть, распространились по Европе и Азии. Массовое переселение должно было начаться, как он думает, около 2500 года до н. э., и маршрут переселенцев, двигавшихся в восточном направлении, должен был пролегать через проливы Босфор и Дарданеллы, а далее - по горной местности в Малой Азии. Выдающийся филолог не является археологом и не делает попытки проследить путь своих «странников» при помощи археологических материалов. Но область, которую он выделил, была фактически центром яркой культуры, развитие которой как раз укладывается в очерченные им хронологические рамки. Эта культура, которую можно назвать Дунайской или, если быть более точным, Дунайской I, была создана теми ранними средиземноморскими колонистами, появление которых обсуждалось в последней главе и которые, как мы видели, возможно, в ранний период смешались с потомками палеолитического населения и испытывали культурные влияния как с востока, так и с юга. Этот народ селился исключительно на лессовой, исключительно плодородной почве, которая залегает на равнинах Центральной Европы на значительную глубину. Мы можем охарактеризовать этих жителей долины Дуная как земледельцев, живущих в плодородных долинах. Их маленькие неукрепленные деревушки всегда располагались вблизи водных потоков и состояли из групп хижин, имевших подвальные помещения. Поблизости от них располагались маленькие наделы, свободное место для которых расчищалось с помощью каменных топоров, а затем их обрабатывали каменными мотыгами (типично дунайские «тапкообразные» кельты), чтобы вырастить на них зерно, которое на лессовых землях давало обильный урожай даже без особых усилий. По кустарниковым зарослям прилегающих холмов бродили стада крупного рогатого скота, овец и свиней, за которыми присматривали дети, точно так же как это происходит в Галиции и сегодня. Возможно, лошадь к тому времени была уже одомашнена и с ее помощью можно было догнать отбившихся от стада животных. Небольшие уловы рыбы несколько разнообразили рацион сельских жителей, но на диких животных, в том числе на медведей и волков, дунайцы, кажется, не охотились. Сельская община была маленькой, и в ней отсутствовало четкое разделение труда. Женщины, несомненно, изготовляли сосуды, подражающие тыквообразным сосудам их далеких предков. Они украшали свои глиняные сосуды орнаментом в виде спиралей и меандра (рис. 23). Религиозные представления земледельцев, конечно, включали в себя культ Богини-Ма-тери, глиняные изображения которой украшали хижины. За полями, как правило не очень далеко, находились другие поселения; отсутствие оружия (если не считать дисководных наверший булав) наводит на мысль, что эти несколько групп жили во взаимном согласии. Но на заднем плане вырисовывался первобытный лес, почти непроницаемый для света летом и очень опасный зимой. Несмотря на наличие леса, жители долины Дуная расселялись во все стороны. Однако плодородие девственных лессовых земель стало постепенно истощаться вследствие примитивных методов обработки. В любом случае естественный прирост населения, которому способствовали столь благоприятные условия, вызывал потребность в еще более широкой колонизации. Новые поколения покидали свое поселение, как и ранние римляне Священной Весной, в поисках новых мест для жилья и пригодных для обработки земель. Переселенцы обычно следовали вдоль речных долин, а их нехитрый скарб перевозился на лодках-долбленках. За многие столетия их хозяйственной деятельности площадь лесов постепенно сокращалась, что приводило к засухам. В конечном итоге «дунайцы» пересекли Богемский лес и добрались до Рейна. Но на протяжении всей истории существования их культуры на занимаемой ими территории поддерживались мирные отношения. Браслеты из раковин Spondylus, о которых мы уже упоминали, должны были передаваться от деревни к деревне, возможно, это был ритуальный обмен символами, подобно тому как жители тихоокеанских островов передают друг другу kula. В ходе этой торговли «дунайцы» по чистой случайности могли стать обладателями различных медных безделушек. Кроме того, «дунайцы» в ходе своих странствий вступали в контакты с другими этническими группами. На горных склонах, обращенных к западу, куда они могли попасть в ходе охоты на серн и оленей, жило малочисленное охотничье население, потомки донеолитических групп. Этот дикий горный народ заимствовал у «дунайцев» элементы более высокой цивилизации и постепенно стал оседать на земле. На территории Германии и Польши «дунайцы» вскоре встретились с высокорослыми людьми северной расы, которые, вероятно, уже занимались скотоводством. В некоторых случаях эти два народа перемешивались между собой, и северяне ассимилировали культуры земледельцев, как, например, это случилось на Рейне; везде северяне утвердились как повелители среди земледельцев и в конечном итоге наложили на мирную культуру «дунайцев» свой более воинственный отпечаток. На востоке в это время возникли азиатские культуры носителей расписной керамики, и взаимодействие между ними и «дунайцами» началось очень рано. Были ли «дунайцы» индоевропейцами или «странниками» доктора Джайлса? Для начала позвольте нам обратить внимание на их взаимоотношения с другими областями, позднее занятыми индоевропейцами. На европейских материалах рассмотрение вопроса с этой точки зрения ведет к весьма удовлетворительным результатам. «Дунайцы» занимали значительную часть Польши, весь юг Германии от Одера до Рейна и даже проникли в Бельгию, а возможно, также и в Восточную Пруссию. Всюду на этой обширной территории доминировала культура «дунайцев», даже там, где они смешивались с представителями других культур. В альпийской зоне обитатели приозерных свайных построек благодаря «дунайцам» освоили навыки скотоводства и земледелия, а также различных ремесел; так почему же они не могли освоить также и их речь? Территория лежавшей к югу Иллирии с самого начала была занята одним из вариантов культуры «дунайцев», как об этом свидетельствуют находки на знаменитом поселении Бутмир в Боснии. И так как италики культуры terremare прибыли с дунайской стороны Альп, у них также можно предполагать наличие «дунайских» элементов. Если обратиться на восток, то многие немецкие исследователи, такие как Шлиц, Хьюберт Шмидт, Менгин и Коссинна, склонны рассматривать расписную керамику из Трансильвании и Украины как следствие влияния «дунайцев», и, хотя мы не можем принять этот тезис, мы склонны признать возможность смешения «дунайцев» с носителями культур расписной керамики из Азии и вместе с тем наличие «дунайских» элементов во Фракии и в Фессалии. До этого момента реальное или предполагаемое расселение «дунайцев» весьма хорошо совпадает с нашими данными о ранних этапах распространения индоевропейских языков. Их связи с Азией проследить намного труднее. Культура «дунайцев» имела ряд характерных признаков, и, кроме того, они сумели создать собственное искусство. Мы можем указать на некоторые памятники различных волн переселенцев, пересекавших Анатолию, которые доктор Джайлс использует для того, чтобы объяснить появление индоиранских языков, индоевропейских элементов в языке несили, а также фригийского и армянского языков. Хотя имеющегося в нашем распоряжении материала все еще недостаточно, общий характер культуры наиболее важной для нас области, северо-западной оконечности Малой Азии, нам более или менее знаком. Простой осмотр находок из Трои и Йортана позволяет сделать вывод, что там не просматривается такого влияния культуры «дунайцев», которое мы видели в Бутмире, а также на территориях, простирающихся от Моравии до Бельгии. Мы видели в предыдущих главах, насколько прочными были связи, которые соединяли Анатолию и Европу в любом направлении. Мы действительно обнаружили период тесных контактов между Троей и долиной Дуная, точно так же как между Фракией и Фессалией. Но ни один из этих элементов не является отчетливо «дунайским» по происхождению. Некоторые из них появились из Трои, в то время как боевой топор, который является исконно европейским оружием, не характерен как для населения долины Дуная, так и Трои. Таким образом, необходимые связи между долиной Дуная и Древним Востоком не могут быть прослежены через Анатолию. Мы позднее увидим, что альтернативный марш-рут через Южную Россию и Кавказ тем более следует исключить. К тому же культура «дунайцев» на самом деле не соответствует той изначальной индоевропейской культуре, которую рисуют нам данные сравнительного языкознания. Мы не будем настаивать на том, что в их хозяйстве исключительно важное значение имели земледелие и свиноводство, которые доктор Джайлс приписывает своим «странникам». Но отсутствие наконечников стрел или другого оружия заслуживает внимания. Опять-таки наличие у земледельцев долины Дуная культа Богини-Матери является явно неиндоевропейской чертой. Но слово «земледелец» подводит итог всем утверждениям о том, что первые неолитические обитатели центральноевропейских лессовых земель могли быть индоевропейцами. Не соглашаясь с экстравагантными утверждениями «расовых психологов», необходимо отметить, что «дунайцы» должны были обладать определенным менталитетом, и этот менталитет был менталитетом крестьянина. Ярко выраженная земледельческая культура, которую мы описали, должна была выработать у ее создателей чисто крестьянский склад ума, который все еще очень распространен в Восточной Европе или в Китае. Присущий ему консерватизм и стойкая привязанность к земле никак не вяжутся с любовью к странствиям и приключениям, без которых было бы невозможно распространить индоевропейские языки на большей половине земного шара. Конечно, известны случаи, когда оседлые народы переходили к номадизму; возможно, что это случилось и с «ду-найцами» и изменило их менталитет. Но в Европе такие резкие климатические изменения в течение современной геологической эпохи, которые побудили бы земледельцев пуститься на поиски приключений, не засвидетельствованы. Не вызывает сомнения, что дунайская культура сохранилась в Центральной Европе. Земледельцы появляются, насколько мы можем судить, всюду в доисторический период как инертная масса и вскоре становятся добычей целой череды завоевателей, как только они появляются на арене истории. Исторически земледельцы вновь и вновь попадали под власть новых правителей и часто покорно принимали язык, обычаи и верования завоевателей. Насколько мы можем судить, «дунайцы» и сами непрерывно смешивались с другими культурами, принимая в свой состав чуждые этнические и культурные типы. Большинство тех черт культуры, которые составляли основу цивилизации «дунайцев», сохранилось и продолжает существовать вплоть до сегодняшнего дня. Маловероятно, чтобы индоевропейский язык, который одновременно является продуктом и отражением индоевропейской психологии, возник у этих крестьян. Скорее следует ожидать, что индоевропейцы появились после того, как эти земледельцы смешались с другими, более подвижными элементами. Из этого не следует, что эти элементы сами были индоевропейцами до того, как они достигли Дуная.

"АРИЙЦЫ. ОСНОВАТЕЛИ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ" - ГОРДОН ЧАЙЛД

Система образования на Кипре уровень тип возраст детский сад Nipiagogeio 3-5,8 начальная школа Dimotiko Scholeio 5,8-12 низшая средняя...

СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ ЯПОНИИ Школа в Японии Японские дети начинают учиться в возрасте 6 лет. До 15 лет обязаны посещать начальную шестилетнюю школу, а затем трехлетнюю младшую среднюю школу. В началь...

Высоко в горах на севере Ирана лежат руины древнего города. Здесь находилось главное святилище одной из доисламских религий. Это отсюда пришли волхвы поклониться младенцу Христу. Древняя история откры...

Еще статьи из:: Полезная информация Тайны мира Мировая история